Арбитражный суд Ставропольского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ставрополь Дело № А63- 18337/2025

18 мая 2026 года

Резолютивная часть решения объявлена 22 апреля 2026 года

Решение изготовлено в полном объеме 18 мая 2026 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Наваковой И.В., при

ведении протокола судебного заседания секретарем Лопатиной Н.П., рассмотрев в судебном

заседании дела по заявлению закрытого акционерного общества «Туркомплекс «Бештау», г.

Пятигорск, ИНН 2632011716, к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №

15 по Ставропольскому краю, г. Пятигорск, ИНН 2632000016, Управлению Федеральной

налоговой службы по Ставропольскому краю, г. Ставрополь, ИНН 2635329994, о признании

недействительными решений налогового органа,

при участии представителя общества – Лоскутниковой ИА. по доверенности от

30.12.2025, представителя межрайонной ИФНС России № 15 по СК – Лябуховой Е.В. по

доверенности от 04.12.2024, от УФНС по СК – Лябуховой Е.В. по доверенности от

27.12.2024, в отсутствие Межрайонной ИФНС России № 14 по СК,

УСТАНОВИЛ:

закрытое акционерное общество «Туркомплекс «Бештау» обратилось в

Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к межрайонной инспекции

Федеральной налоговой службы № 15 по Ставропольскому краю, Управлению Федеральной

налоговой службы по Ставропольскому краю о признании недействительными решения

межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Ставропольскому краю от

19.05.2025 № 1644 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового

правонарушения; решения Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому

краю по результатам рассмотрения апелляционной жалобы от 24.07.2025 № 2600-

2025/000908/И.

Определением суда от 9.08.2025в качестве третьего лица, не заявляющего

самостоятельных требований на предмет спора, привлечена межрайонная ИФНС России №

14 по Ставропольскому краю.

2

Представитель межрайонной ИФНС России № 14 по СК, уведомленный

надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, не явился.

В соответствии с положениями статьи 156 АПК РФ судебное заседание проводится в

отсутствие третьего лица.

В ходе судебного разбирательства обществом было заявлено ходатайство об

уточнении требований, в которых просило признать недействительными: решение

Межрайонной ИФНС России №15 по Ставропольскому краю от 19.05.2025 №1644 об отказе

в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения; решение

УФНС России по Ставропольскому краю от 24.07.2025 №2600-2025/000908/И; требование

Межрайонной ИФНС России №15 по Ставропольскому краю об уплате задолженности от

02.08.2025 №26465 в части налога на прибыль организаций с доходов иностранных

организаций, не связанных с деятельностью в Российской Федерации через постоянное

представительство, за исключением доходов, полученных в виде дивидендов и процентов по

государственным и муниципальным ценным бумагам, (строка 5) в размере 121 574 960,32

руб., пени в размере 76 293 661, 67 руб.; решение Межрайонной ИФНС России №15 по

Ставропольскому краю о взыскании задолженности от 27.08.2025 №8920 в части взыскания

налога на прибыль организаций с доходов иностранных организаций, не связанных с

деятельностью в Российской Федерации через постоянное представительство, за

исключением доходов, полученных в виде дивидендов и процентов по государственным и

муниципальным ценным бумагам, в размере 121 574 960,32 руб., пени в размере 76 293 661,

67 руб.

Рассмотрение ходатайства общества об уточнении требований судом отложено,

заявителю предложено представить дополнительные пояснения с правовым обоснованием

правомерности требований, с учетом довода налогового органа о не соблюдения

досудебного порядка по уточненным требованиям.

В судебном заседании 22.04.2026 представитель общества просил суд не

рассматривать ходатайство об уточнении требований, устно пояснив, что актуальными

являются требования общества в ранее заявленной редакции и признать недействительными

решения межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по

Ставропольскому краю от 19.05.2025 № 1644 об отказе в привлечении к ответственности за

совершение налогового правонарушения; решения Управления Федеральной налоговой

службы по Ставропольскому краю по результатам рассмотрения апелляционной жалобы от

24.07.2025 № 2600-2025/000908/И.

3

Поскольку уточненные требования общества не были приняты судом к

рассмотрению, суд рассматривает настоящее дело с учетом первоначально заявленных

обществом требований.

В судебном заседании представитель общества поддержал заявление в полном

объеме, настаивал на необоснованности доводов инспекции, положенных в основу

оспариваемого решения. Считает, что оспариваемое решение налогового органа от

19.05.2025 №1644 не соответствует закону, поскольку принято с нарушением норм

материального и процессуального права, поскольку в ходе проведения налоговой проверки и

фиксации ее результатов инспекцией допущен ряд нарушений. Полагает, что налоговым

органом не приведен анализ соответствия капитализации процентов критериям определения

термина доход в соответствиями с положениями Налогового кодекса Российской Федерации

(далее также - НК РФ, Налоговый кодекс), не указано в чем именно заключается

экономическая выгода Norwich при капитализации процентов. Заявитель не согласен с

выводом инспекции о том, что в результате новации сумма обязательств общества

увеличилась, тогда как фактически, по мнению заявителя, осуществлено перераспределение

структуры задолженности. Настаивает, что налоговым органом не дана оценка

«экономической выгоды» Norwich с учетом прекращения обязательств в результате

прощения долга в 2022 году; не осуществлены действия по установлению фактического

получателя дохода и не проведен анализ задолженности по каждому договору займа на

предмет признания ее контролируемой в нарушение положений статей 7 и 269 Налогового

кодекса. Утверждает, что в обоснование вывода принята противоречащая судебной практике

позиция о том, что применение статьи 269 Налогового кодекса не предусматривает анализ

всей цепочки собственников компании для установления ее бенефициарных владельцев,

напротив из буквального толкования названной статьи следует обязанность налоговых

органов выявлять и подтверждать признаки контролируемой задолженности в отношении

каждой сделки на основании которой задолженность возникла. Также, по мнению заявителя,

доводы налогоплательщика о фактическом получателе дохода в лице резидента Российской

Федерации – бенефициарного собственника Губиева М.Ю., об отсутствии у задолженности

по договорам займа признаков контролируемой опровергнуты инспекцией по формальным

основаниям.

Представитель налогового органа поддержал позицию, изложенную в отзыве и

дополнениях к нему, считает решение законным и обоснованным. Полагает установленным

факт нарушении ЗАО «Туркомплекс «Бештау» налогового законодательства Российской

Федерации, выразившийся в неисполнении обязанности налогового агента по удержанию и

4

перечислению налога на прибыль организаций, в бюджет с суммы капитализированных

процентов за 2021 год.

Более подробно доводы лиц, участвующих в деле, изложены заявлении, отзыве,

пояснениях и дополнениях к ним.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд считает заявление

общества не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в отношении заявителя на основании решения

Межрайонной ИФНС России № 15 по Ставропольскому краю от 28.06.2024 № 1 проведена

выездная налоговая проверка за период с 01.01.2021 по 31.12.2021 по налогу на прибыль

организаций, по итогам которой налоговым органом вынесено решение от 19.05.2025

№ 1644 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового

правонарушения.

Решением налогового органа установлено, что ЗАО «Туркомплекс «Бештау» не

исполнило обязанности налогового агента в отношении иностранной организации Norwich

Investment and Finance S.A. (далее – Norwich, иностранная компания) по удержанию и

перечислению налога на прибыль организаций в бюджет с суммы капитализированных

процентов за 2021 год в размере 129 768 465 рублей.

Не согласившись с решением инспекции от 19.05.2025 № 1644, налогоплательщик

обратился с апелляционной жалобой в УФНС России по Ставропольскому краю (далее -

Управление).

Решением Управления от 24.07.2025 2600-2025/000908/И решение инспекции от

19.05.2025 № 1644 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового

правонарушения оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Полагая, что решение инспекции от 19.05.2025 № 1644 об отказе в привлечении к

ответственности за совершение налогового правонарушения и решение Управления от

24.07.2025 2600-2025/000908/И не соответствуют требованиям законодательства о налогах и

сборах, нарушает его права и законные интересы, общество обратилось в арбитражный суд с

настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд руководствуется следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса

Российской Федерации (далее - АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе

обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными

ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов,

осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что

5

оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не

соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и

законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности,

незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для

осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании

ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов,

осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном

заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений,

оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону

или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или

лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия

(бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия

(бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной

экономической деятельности.

Таким образом, из анализа положений ст. 198, 199 АПК РФ, ст. 13 ГК РФ для

признания ненормативного акта, решения органа государственной власти незаконными

необходимо соблюдение двух условий: несоответствие данного акта, решения закону и

нарушение данным актом, решением прав и законных интересов заявителя в сфере

предпринимательской или иной экономической деятельности.

Данный вывод соответствует правовой позиции, сформулированной в пункте 6

Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996

«О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса

Российской Федерации», согласно которой основанием для принятия решения суда о

признании ненормативного акта, а в случаях, предусмотренных законом, также

нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления

недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному

правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом

интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим

требованием.

Согласно п. 1 ст. 24 НК РФ налоговыми агентами признаются лица, на которых в

соответствии с настоящим Кодексом возложены обязанности по исчислению, удержанию у

налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации.

6

В соответствии с п. 3 ст. 24 НК РФ налоговые агенты обязаны правильно и

своевременно исчислять, удерживать из денежных средств, выплачиваемых

налогоплательщикам, и перечислять налоги в бюджетную систему Российской Федерации на

соответствующие счета Федерального казначейства.

Согласно представленным материалам дела судом установлено следующее.

Как установлено судом и следует из материалов дела, налоговым органом проведена

выездная налоговая проверка по вопросу правильности исчисления, полноты и

своевременности уплаты налога на прибыль организаций за период с 01.01.2021 по

31.12.2021, по результатам которой составлен акт налоговой проверки от 26.11.2024 № 4862

(далее – Акт).

Рассмотрев указанный акт, дополнение к нему, материалы налоговой проверки,

письменные возражения Заявителя, Инспекцией вынесено Решение, которым установлено,

что ЗАО «Туркомплекс «Бештау» не исполнило обязанности налогового агента в отношении

иностранной организации Norwich Investment and Finance S.A. по удержанию и

перечислению налога на прибыль организаций в бюджет с суммы капитализированных

процентов за 2021 год в размере 129 768 465 рублей.

В ходе проверки налоговым органом установлено, что между Обществом (Заемщик)

и ее единственным учредителем - компанией Norwich (Займодавец) начиная с 2007 года

заключены договоры займа №21 от 22.03.2007, №129-3 от 03.07.2007, №36-2011 от

01.03.2011, №69-2014 от 19.06.2014, №69-2014 от 03.07.2014, №13-2019 от 01.11.2019, №02-

2020 от 28.01.2020.

В 2021 году стороны пришли к взаимному согласию о том, что Заемщик (Общество)

освобождается от начисления процентов, а также зафиксировали фактическую сумму

начисленных процентов, что подтверждается следующими дополнительными соглашениями:

дополнительным соглашением №36 от 26.07.2021 к договору займа №21 от 22.03.2007 (дата

прекращения начисления процентов - 01.01.2020); дополнительным соглашением №19 от

26.07.2021 к договору займа №129-3 от 03.07.2007 (дата прекращения начисления процентов

- 01.01.2020); дополнительным соглашением №6 от 26.07.2021 к договору займа №36-2011 от

01.03.2011 (дата прекращения начисления процентов - 01.01.2020); дополнительным

соглашением №2 от 19.05.2021 к договору займа №69-2014 от 19.06.2014 (дата прекращения

начисления процентов - 01.01.2020); дополнительным соглашением №1 от 26.07.2021 к

договору займа №13-2019 от 01.11.2019 (дата прекращения начисления процентов –

01.01.2021); дополнительным соглашением №1 от 26.07.2021 к договору займа №02-20 от

28.01.2020 (дата прекращения начисления процентов - 01.01.2021).

7

Далее в 2021 году между сторонами заключены дополнительные соглашения к

договорам займа, в соответствии с которыми начисленные проценты, присоединены к сумме

основного долга, что подтверждается следующими дополнительными соглашениями:

дополнительным соглашением №37 от 01.12.2021 к договору займа №21 от 22.03.2007 (дата

перевода процентов в основной долг - 30.09.2021); дополнительным соглашением №20 от

01.12.2021 к договору займа №129-3 от 03.07.2007 (дата перевода процентов в основной долг

- 30.09.2021); дополнительным соглашением №8 от 01.12.2021 к договору займа №36-2011 от

01.03.2011 (дата перевода процентов в основной долг - 01.10.2021); дополнительным

соглашением №3 от 01.12.2021 к договору займа №69-2014 от 19.06.2014 (дата перевода

процентов в основной долг - 30.09.2021); дополнительным соглашением №2 от 01.12.2021 к

договору займа №13-2019 от 01.11.2019 (дата перевода процентов в основной долг -

30.09.2021); дополнительным соглашением №2 от 01.12.2021 к договору займа №02-2020 от

28.01.2020 (дата перевода процентов в основной долг - 30.09.2021).

Из вышеуказанных дополнительных соглашений к договорам займа следует, что в

основной долг по договорам займа переведены проценты в общей сумме 11 890 078 долл.

США, в том числе 8 354 426, 51 долл. США по договору займа №21 от 22.03.2007,

3 422 475, 71 долл. США по договору займа №129-3 от 03.07.2007, 87 567 долл. США по

договору займа №36-2011 от 01.03.2011, 22 956, 76 долл. США по договору займа №69-2014

от 19.06.2014, 2 076,17 долл. США по договору займа №13-2019 от 01.11.2019,

575, 49 долл. США по договору займа №02-20 от 28.01.2020.

Таким образом, в 2021 году на основании подписанных дополнительных соглашений

к вышеуказанным договорам займа начисленные проценты присоединились к сумме

основного долга. Общая задолженность с учетом соглашений по переводу процентов в

основной долг составила 20 624 395,69 долларов США.

Курс доллара США, установленный Центральным банком Российской Федерации,

на дату всех подтверждающих документов 30.09.2021 и 01.10.2021 составил 72,7608 рубля и

72,6642 рубля, соответственно.

То есть увеличение обязательств на сумму процентов составило 865 123 099 рублей

(87 567 * 72,6642+ 22 956,72 * 72,7608 + 3 422 475,71 * 72,7608 + 8 354 426,51 * 72,7608 +

2 076,17 * 72,7608 + 575,49* 72,7608).

Налоговый орган пришел к выводу, что задолженность ЗАО «Туристический

комплекс «Бештау» перед Norwich является контролируемой задолженностью, так как

организации являются взаимозависимыми, Norwich является владельцем 100% акций

Общества. Ввиду отрицательного собственного капитала Общества за период 2019-2021, все

8

проценты не могут быть учтены в составе внереализационных расходов и приравниваются к

дивидендам.

На основе дополнительных соглашений к договорам займа установлено, что

процентные обязательства общества включены в состав основного долга.

Поскольку в проверяемый период Norwich на 100% владеет ЗАО «Туристический

комплекс «Бештау», то все капитализированные проценты переквалифицированы налоговым

органом в дивиденды.

Так как у Российской Федерации отсутствует соглашение во избежание двойного

налогообложения с Британскими Виргинскими островами (BVI), капитализированные

проценты подлежат налогообложению у источника по ставке 15 %.

Инспекция пришла к выводу о нарушении ЗАО «Туркомплекс «Бештау» налогового

законодательства Российской Федерации, выразившимся в неисполнении обязанности

налогового агента по удержанию и перечислению налога на прибыль организаций, в бюджет

с суммы капитализированных процентов за 2021 год, в размере 129 768 464, 85 руб.

(865 123 099 руб.* 15 процентов), в том числе по срокам: 01.10.2021 – 128 814 016,95 руб.,

04.10.2021 – 954 447,9 руб.

Ссылаясь на необоснованность выводов инспекции, общество указывает на

отсутствие признаков получения Norwich экономической выгоды, отсутствие у Norwich

статуса получателя дохода, некорректное применение ст. 269 НК РФ при квалификации

задолженности в качестве контролируемой, а также на существенность нарушений

налогового органа и нарушение прав налогоплательщика.

По мнению заявителя, поскольку начисленные и впоследствии капитализированные

проценты Общество в адрес Norwich не перечисляло, соответственно, у заявителя не могла

возникнуть обязанность по удержанию и перечислению налога с доходов иностранной

организации. Также полагает, что условием для получения Norwich дохода является его

выплата или получение его в ином виде, изменение процентной ставки не влечет какого-

либо реального или предполагаемого экономического эффекта и дохода для Norwich; а

удержание налога с дохода иностранной организации возможно исключительно при

денежной выплате дохода. По мнению заявителя, в сложившейся ситуации Norwich (или

какое-либо иное лицо) не получил положительного экономического эффекта или выгоды от

совершенных операций, поскольку фактическая выплата (перечисление) процентов по

договором займа не осуществлялась ни в 2021 году, ни в дальнейшем после этого, так как

задолженность общества из договоров займа была прекращена в 2022 году посредством

прощения такой задолженности. Общество утверждает, что в отсутствие фактической

9

выплаты денежных средств нельзя рассматривать вопрос о необходимости удержания и

уплаты налога на прибыль иностранных организаций; указывает на то, что в результате

дополнительных соглашений ни одной из сторон не были получены доходы, подлежащие

налогообложению.

Изучив доводы заявителя, суд признает их несостоятельными по следующим

основаниям.

Наделение соответствующих лиц статусом налогового агента, как это следует из

пункта 1 статьи 24 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Налоговый

Кодекс), предполагает необходимость явного и недвусмысленного определения в законе

круга лиц и случаев, при наступлении которых на указанных субъектов возлагается

публично-правовая обязанность по исчислению, удержанию и перечислению в бюджет

суммы налога.

Обязанность налогового агента при этом может состоять в перечислении в бюджет

лишь тех сумм налога, обязанность по уплате которых, в свою очередь, лежит на

налогоплательщике, то есть при наличии соответствующего объекта налогообложения.

Такое понимание правовой природы статуса налогового агента является

соответствует положениям пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской

Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.1999 №

41/9 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Налогового

кодекса Российской Федерации», а также пункта 2 Постановления Пленума Высшего

Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах,

возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса

Российской Федерации».

Объектом налогообложения для иностранных организаций, не осуществляющих

деятельность в Российской Федерации через постоянные представительства, в соответствии

со статьей 247 Налогового кодекса являются доходы, полученные ими от источников в

Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 41 НК РФ доходом признается экономическая

выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и

в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с

главами «Налог на доходы физических лиц», «Налог на прибыль организаций» Налогового

кодекса.

Процентный доход от долговых обязательств российских организаций относится к

доходам иностранной организации от источников в Российской Федерации и подлежит

10

обложению налогом, удерживаемым у источника выплаты доходов (статья 42, подпункт 3

пункта 1 и пункта 1.1 статьи 309 Налогового кодекса).

Доходы, перечисленные в пункте 1 статьи 309 Налогового кодекса, являются

объектом налогообложения по налогу независимо от формы, в которой получены такие

доходы, в частности в натуральной форме, путем погашения обязательств этой организации,

в виде прощения ее долга или зачета требований к этой организации (пункт 3 статьи 309

Налогового кодекса).

Подпунктом 3 п. 1 ст. 309 НК РФ установлено, что иные долговые обязательства

российских организаций, полученные иностранной организацией, которые не связаны с ее

предпринимательской деятельностью в Российской Федерации, относятся к доходам

иностранной организации от источников в Российской Федерации и подлежат обложению

налогом, удерживаемым у источника выплаты доходов.

Таким образом, п. 3 ст. 309 НК РФ содержит открытый перечень форм, в которых

могут быть получены доходы иностранной организацией.

Статусом налогового агента при этом согласно пункту 1 статьи 310 Налогового

кодекса наделяются организации, производящие выплату дохода соответствующей

иностранной организации.

В силу пункта 2 статьи 310 Налогового кодекса исчисление и удержание суммы

налога с доходов, выплачиваемых иностранным организациям, производятся налоговым

агентом по всем видам доходов, указанных в пункте 1 статьи 309 Налогового кодекса, во

всех случаях выплаты таких доходов, за исключением случаев выплаты доходов, которые в

соответствии с международными договорами (соглашениями) не облагаются налогом в

Российской Федерации, при условии предъявления иностранной организацией налоговому

агенту подтверждения, предусмотренного пунктом 1 статьи 312 Налогового кодекса.

У Российской Федерации отсутствует соглашение об избежании двойного

налогообложения с Британскими Виргинскими островами (BVI), следовательно, при

налогообложении доходов иностранной организации следует руководствоваться

положениями НК РФ.

Пункт 2 статьи 287 и абзац 8 пункта 1 статьи 310 Налогового кодекса возлагают на

налоговых агентов обязанность по исчислению и перечислению денежных средств в бюджет

не только в случаях непосредственного перечисления денежных средств, но и в случаях

выплаты дохода иностранной организации в любой неденежной форме.

В силу положений подпункта 3 пункта 1 и пункта 3 статьи 309 Налогового кодекса

условие о капитализации процентов, предусмотренное вышеуказанными дополнительными

11

соглашениями к договорам займа, представляет собой неденежную форму выплаты дохода в

адрес иностранной организации, в связи с чем, в момент капитализации начисленных

процентов (перевода процентов в основной долг) Общество обязано удержать налог с

доходов иностранной организации в установленном статьей 310 Налогового кодекса

порядке.

При этом специальная норма, содержащаяся в абз. 8 п. 1 ст. 310 НК РФ, закрепляет

за налоговыми агентами обязанность по исчислению и перечислению денежных средств в

бюджет не только в случаях непосредственного перечисления денежных средств, но и в

случаях выплаты дохода иностранной организации в любой неденежной форме.

В соответствии с п. 2 ст. 287 НК РФ российская организация или иностранная

организация, осуществляющие деятельность в Российской Федерации через постоянное

представительство (налоговые агенты), выплачивающие доход иностранной организации,

удерживают сумму налога из доходов этой иностранной организации, за исключением

доходов в виде дивидендов и процентов по государственным и муниципальным ценным

бумагам (в отношении которых применяется порядок, установленный п. 4 вышеуказанной

статьи), при каждой выплате (перечислении) ей денежных средств или ином получении

иностранной организацией доходов, если иное не предусмотрено НК РФ.

Применительно к пункту 2 статьи 287 НК РФ капитализация процентов,

предусмотренная дополнительными соглашениями к договорам займа, является полученным

иностранной организацией доходом, так как представляет из себя форму экономической

выгоды организации заимодавца.

Условие о капитализации процентов, предусмотренное дополнительными

соглашениями к договорам займа, представляет собой не денежную форму выплаты дохода в

адрес иностранной организации, в связи с чем в момент капитализации начисленных

процентов общество обязано удержать налог с доходов иностранной организации в

установленном статьей 310 НК РФ порядке.

Вышеуказанные положения Налогового кодекса опровергают довод обществ о том,

что о получении дохода может идти речь только при его непосредственном перечислении в

денежном виде.

Доводы заявителя об отсутствии в решении инспекции анализа соответствия

капитализации процентов критериям определения термина доход в соответствиями с

положениями НК РФ, а также обоснования, в чем именно заключается экономическая

выгода Norwich при капитализации процентов, не соответствуют фактическим

обстоятельствам дела.

12

Инспекцией в решении отражено, что пункт 3 статьи 309 Налогового кодекса

содержит открытый перечень форм, в которых могут быть получены доходы иностранной

организацией, а специальная норма, содержащаяся в абзаце 8 пункта 1 статьи 310

Налогового кодекса, закрепляет за налоговыми агентами обязанность по исчислению и

перечислению денежных средств в бюджет не только в случаях непосредственного

перечисления денежных средств на расчетный счет, но и в случаях выплаты дохода

иностранной организации в любой неденежной форме, в рассматриваемом случае в виде

капитализации процентов по договорам займа.

Данная позиция налогового органа соответствует правовым подходам, имеющимся в

судебной практике, в том числе: определении Верховного Суда РФ от 30.09.2015 № 305-

КГ15-11372 по делу № А40-126792/2014, а также в Письмах Минфина России от 24.05.2017

№ 03-03-РЗ/31710, от 19.10.2017 № 03-03-06/1/68472, от 09.04.2021 № 03-08-05/26690.

Указанный правовой подход нашел свое отражение в п. 14 Обзора практики

разрешения судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов, утвержденного

Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, в котором указано, что такое регулирование

согласуется с общепринятым в международном налогообложении подходом, согласно

которому понятие выплаты дохода в отношении дивидендов, процентов и роялти означает

исполнение обязательства предоставить денежные средства в распоряжение иностранного

лица в порядке, который определили стороны договора (пункт 7 комментариев к статье 10

Типовой модели Конвенции по налогам на доход и капитал Организации экономического

сотрудничества и развития и статья 32 Венской Конвенции).

То есть, из указанных в названной позиции ВС РФ следует, что Верховный Суд

Российской Федерации предлагает отталкиваться от критерия волеизъявления иностранного

лица на распоряжение своим доходом, выплата которого не обязательно должна

производиться в денежной форме (абз. 8 п. 1 ст. 310 НК РФ).

В таком случае капитализация представляет собой не что иное, как подобное

распоряжение – получение процентного дохода с предоставлением встречного займа на ту

же сумму. В свою очередь, такое распоряжение подразумевает возникновение налоговых

последствий.

В ходе судебного разбирательства представитель общества указал на

нерелевантность ссылки налогового органа на Обзор практики разрешения судами споров,

связанных с защитой иностранных инвесторов, утвержденный Президиумом Верховного

Суда РФ 12.07.2017, по причине того, что приведенное положение Обзора посвящено не

конструкции новации, а выплате процентов путем зачета начисленных процентов.

13

Суд относится к данному доводу общества критически, поскольку правовые

позиции, изложенные в п. 14 Обзора практики разрешения судами споров, связанных с

защитой иностранных инвесторов, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ

12.07.2017, применимы к случаям выплаты дохода иностранной организации в любой

неденежной форме.

Приводя сравнительный анализ видов прекращения обязательств (новация,

исполнение, зачет), заявитель указывает на ошибочность квалификации капитализации

процентов как «исполнения» обязательства по выплате процентов и как «зачета» требований

по выплате процентов с одной стороны и требования о выдаче нового займа с другой

стороны.

Ссылаясь на п. 1 ст. 414 ГК РФ, согласно которому обязательство прекращается

соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между

ними, другим обязательством между теми же лицами (новация), делает противоречащий

указанной норме вывод о том, что новация заключается именно в замене, а не в прекращении

одного обязательства с последующим возникновением другого.

Одновременно Общество поясняет, что в рассматриваемом случае имела место

именно новация, воля сторон была направлена на замену первоначального обязательства

Общества (уплатить проценты) на новое обязательство (уплатить сумму основного долга) с

изменением предмета и настаивает на том, что в результате новации произошло не

приращение активов Norwich и последующее «автоматическое» распоряжение этими

активами, а лишь изменение структуры уже существовавшего обязательства: сумма

требования к должнику осталась прежней, изменилась только его квалификация – из

процентного долга в основной.

В то же время в силу п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от

11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса

Российской Федерации о прекращении обязательств» соглашение сторон, уточняющее или

определяющее размер долга и (или) срок исполнения обязательства без изменения предмета

и основания возникновения обязательства, само по себе новацией не является.

Юридическая квалификация произведенного сторонами перевода процентов в

основной долг по договорам займа не влияет на получение иностранной организацией

дохода от этой операции, а также на обязательства налогового агента.

При этом обществом не приводятся налоговые последствия юридической

квалификации произведенного сторонами перевода процентов в основной долг по договорам

займа.

14

Суд признает обоснованной позицию инспекции о том, что в данном случае

присоединение процентов к сумме основного долга представляет собой неденежную форму

выплаты дохода в адрес иностранной организации, в связи с чем, в момент присоединения

процентов общество обязано удержать налог с доходов иностранной организации в

установленном ст. 310 НК РФ порядке.

Ссылки заявителя на пп. 21.5 п. 1 ст. 251 НК РФ, в силу которого доходы в виде

сумм прекращенных в 2022 году обязательств по договорам займа, в которых на 01.01.2023

займодавцем выступает иностранная организация, не учитываются при определении

налоговой базы по налогу на прибыль, не обоснованы, поскольку согласно п. 4 ст. 5

Федерального закона от 26.03.2022 № 67-ФЗ «О внесении изменений в части первую и

вторую Налогового кодекса Российской Федерации и статью 2 Федерального закона «О

внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации» действие

положений пп. 21.5 п. 1 ст. 251 (в ред. ФЗ от 26.03.2022 № 67-ФЗ) распространяется на

правоотношения, возникшие с 01.01.2022.

Довод общества об отсутствии «экономической выгоды» Norwich с учетом

прекращения обязательств в результате прощения долга, также несостоятелен, так как

прощение долга иностранным лицом в 2022 году не может отменять либо изменять порядок

исчисления, удержания и перечисления налоговым агентом налогов с дохода иностранного

лица в момент совершения капитализации процентов в 2021 году.

При этом само по себе не начисление процентов на сумму объединенного долга не

свидетельствует об отсутствии дохода иностранной организации в неденежной форме,

полученного в момент присоединения процентов к долговому обязательству.

В данном случае существенным является именно факт присоединения процентов к

сумме основного долга, поскольку при присоединении процентов к сумме основного долга

они считаются выплаченными.

Суд отклоняет доводы общества о том, что в данном случае идет речь о получении

дохода налогоплательщиком только при его непосредственном перечислении в денежном

виде, как основанные на неверном толковании норм материального права, поскольку

налогоплательщик необоснованно отождествляет применяемый в НК РФ термин выплаты

доходов с непосредственным перечислением денежных средств на расчетный счет.

Данное обстоятельство противоречит ст. 41 НК РФ, согласно которой доходом

признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае

возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и

определяемая в соответствии с гл. 23 «Налог на доходы физических лиц», 25 «Налог на

15

прибыль организаций» НК РФ. Иной подход, заключающийся в возможности освобождения

процентов, присоединённых к основной сумме долга, от налогообложения привел бы к тому,

что заключение соглашения о присоединении процентов к основной сумме долга,

обусловливалось бы не хозяйственными целями, а исключительно желанием получения

налоговой выгоды. Однако налоговая выгода не может рассматриваться в качестве

самостоятельной деловой цели (п. 9 Постановления ВАС РФ от 12.10.2006 №53).

Налоговым органом обращено внимание на то, что в представленных на требование

№ 7982 от 05.09.2024 бухгалтерских справках отражены следующие данные:

- бухгалтерская справка № 00000025 от 01.04.2009 уплата процентов по договорам

займа № 129-3 от 03.07.2007, № 21 от 22.03.2007 за 1 квартал 2009 года в общей сумме 158

597,65 долларов США, в рублевом эквиваленте 5 376 967,72 рублей;

- бухгалтерская справка № 00000146 от 01.04.2009 начислен (уплачен) налог на

прибыль с доходов иностранной организации в общей сумме 1 344 242 рублей;

- бухгалтерская справка №00000080 от 23.07.2009 уплата процентов по договорам

займа № 129-3 от 03.07.2007, № 21 от 22.03.2007 за 2 квартал 2009 года в общей сумме 232

780,42 долларов США, в рублевом эквиваленте 7 234 466,01 рублей;

- бухгалтерская справка № 00000147 от 23.07.2009 начислен (уплачен) налог на

прибыль с доходов иностранной организации в общей сумме 1 808 617 рублей.

Из указанного следует, что ЗАО «Туркомплекс «Бештау» при выплате процентов

займодавцу иностранной организации Norwich по договорам займа № 129-3 от 03.07.2007, №

21 от 22.03.2007 за 1, 2 кварталы 2009 года одновременно начисляло и уплачивало налог на

прибыль с доходов иностранной организации самостоятельно.

Заявитель указывает на наличие у бенефициарного собственника иностранной

компании Губиева М.Ю. статуса фактического получателя процентного дохода по договорам

займа, причитающегося Norwich, а также на его фактическое участие в деятельности

компании Norwich (финансирование деятельности, оказание влияния в принятии решений,

включая заключение дополнительных соглашений и соглашений о прощении задолженности,

распоряжение денежными средствами компании, фактическое получение дохода), а также

ссылается на положения п. 4 ст. 7 НК РФ, которые не приняты налоговым органом во

внимание.

Отклоняя указанные доводы общества, суд обращает внимание на следующее.

Согласно пункту 2 статьи 7 НК РФ лицом, имеющим фактическое право на доходы,

в целях настоящего Кодекса признается лицо (иностранная структура без образования

юридического лица), которое в силу прямого и (или) косвенного участия в организации,

16

контроля над организацией (иностранной структурой без образования юридического лица)

либо в силу иных обстоятельств имеет право самостоятельно пользоваться и (или)

распоряжаться доходом, полученным этой организацией (иностранной структурой без

образования юридического лица).

Лицом, имеющим фактическое право на доходы, в целях Кодекса также признается

лицо (иностранная структура без образования юридического лица), в интересах которого

иное лицо (иная иностранная структура без образования юридического лица) правомочно

распоряжаться доходом, полученным организацией (иностранной структурой без

образования юридического лица), указанной в абзаце первом пункта 2 статьи 7 Кодекса, или

непосредственно таким иным лицом (иной иностранной структурой без образования

юридического лица).

При определении лица, имеющего фактическое право на доходы, учитываются

функции, выполняемые лицами, указанными в указанном пункте (иностранными

структурами без образования юридического лица), а также принимаемые ими риски.

При этом наличие фактического права на доходы определяется применительно к

каждой отдельной выплате дохода в виде дивидендов и (или) к группе выплат дохода в

рамках одного договора.

В силу положений п.4 статьи 7 НК РФ, при выплате доходов от источников в

Российской Федерации иностранному лицу (иностранной структуре без образования

юридического лица), не имеющему фактического права на такие доходы, если источнику

выплаты известно лицо (лица), имеющее (имеющие) фактическое право на такие доходы, то

доходы, выплачиваемые иностранному лицу (иностранной структуре без образования

юридического лица), не имеющему фактического права на такие доходы, считаются

выплаченными лицу (лицам), имеющему (имеющим) фактическое право на выплачиваемые

доходы, при этом налогообложение выплачиваемого дохода производится в следующем

порядке:

1) в случае, если лицо, имеющее фактическое право на выплачиваемые доходы (их

часть), признается в соответствии с настоящим Кодексом налоговым резидентом Российской

Федерации, налогообложение выплачиваемого дохода (его части) производится в

соответствии с положениями соответствующих глав части второй настоящего Кодекса для

налогоплательщиков, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации, без

удержания соответствующего налога в отношении выплачиваемых доходов (их части) у

источника выплаты при условии информирования налогового органа по месту постановки на

учет организации - источника выплаты доходов в порядке, устанавливаемом федеральным

17

органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов

и сборов;

2) в случае, если лицо, имеющее фактическое право на выплачиваемые доходы (их

часть), является иностранным лицом, на которое распространяется действие

международного договора Российской Федерации по вопросам налогообложения, положения

указанного международного договора Российской Федерации применяются в отношении

лица, которое имеет фактическое право на выплачиваемые доходы (их часть) в соответствии

с порядком, предусмотренным международным договором Российской Федерации;

3) в случае, если лицо, имеющее фактическое право на выплачиваемые доходы (их

часть), является иностранным лицом, на которое не распространяется действие

международного договора Российской Федерации по вопросам налогообложения,

налогообложение выплачиваемого дохода (его части) производится в соответствии с

положениями соответствующих глав части второй Кодекса.

Вместе с тем, в данном случае материалами дела не подтверждается довод

налогоплательщика о том, что Norwich не является лицом, имеющим фактическое право на

доходы, в связи с чем, положения п. 4 ст. 7 НК РФ, в настоящем случае неприменимы.

Так, распоряжений по текущей деятельности Norwich, приказов о назначении

должностных лиц указанной компании, переписки с сотрудниками указанной компании и

иных документов и информации в части подтверждения статуса Губиева М.Ю. как

контролирующего лица и единоличного распорядителя денежными средствами компании

Norwich за 2009 - 2021 годы ни ЗАО «Туркомплекс «Бештау», ни Губиевым М.Ю.

налоговому органу в ходе проверки не представлено.

Как установлено в ходе проверки, договоры займа и дополнительные соглашения к

ним заключались по решению генерального директора ЗАО «Туркомплекс «Бештау» и

представителей компании Norwich, что подтверждается объяснениями генерального

директора Общества Трофимова С.В., а также главного бухгалтера Общества Авдеевой И.А.,

формировавшей бухгалтерскую отчетность за проверяемый период 2021 год.

Довод ЗАО «Туркомплекс «Бештау» о перечислении ему Norwich в качестве займов,

полученных от Губиева М.Ю. заемных средств, не нашел своего подтверждения в ходе

проверки, поскольку соответствующие документы налогоплательщиком не представлены, а

предоставленные документы (договоры и платежные документы) не доказывают обратного в

силу имеющихся в них противоречиях и несоответствиях в датах, условиях договоров, и не

могут являться подтверждением предоставления Губиевым М.Ю. собственных денежных

средств, полученных от какой-либо деятельности на территории Российской Федерации, в

18

адрес иностранной компании Norwich для дальнейшего их перевода в качестве займа ЗАО

«Туркомплекс «Бештау» и отнесению задолженности между проверяемым лицом и

иностранной компанией к внутрироссийской.

Как указано выше, выводы налогового органа основаны на анализе документов

налогоплательщика.

В рамках налоговой проверки на требование налогового органа № 5281 от

01.07.2024, ЗАО «Туркомплекс «Бештау» представлены договоры займа, заключенные

между гражданином Губиевым Максимом Юрьевичем ИНН 773470970503, который

выступает Займодавцем, и иностранной компанией Norwich, которая является заемщиком.

Согласно условиям указанных договоров Губиев М.Ю. перечислил заемщику

Norwich Investment and Finance S.A. - 5 500 000 долларов США, в рублевом эквиваленте по

курсу ЦБ РФ на даты выдачи займов 168,9 млн. рублей.

По договору займа б/н от 28.08.2009, займодавец передает заемщику заем на сумму

500 000 долларов США до 30.08.2009, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа

не позднее 01.11.2022. Сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Займодавец перечисляет сумму займа на указанный заемщиком банковский счет в

следующем порядке и сроки: 1 000 000 (один миллион) долларов США 00 центов - в срок до

30.08.2009; перечисление суммы займа возможно по частям; заемщик возвращает сумму

займа не позднее 01.11.2022; за пользование суммой займа проценты начисляются в

следующем порядке: с даты получения суммы займа до 31.12.2015, проценты не

начисляются.

С 01.01.2016 проценты начисляются по ставке 10 % (курс доллара США на дату

предоставления займа по условиям договора (29.08.2009) 31,5687 рубль, то есть сумма займа

31 568 700 рублей (если 1 000 000 долларов США) или 15 784 350 рублей (если 500 000

долларов США), не совпадают суммы займа в предмете договора и в правах и обязанностях).

По договору займа б/н от 31.03.2010 займодавец передает заемщику заем на сумму

3 000 000 долларов США до 01.04.2010, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму

займа не позднее 01.12.2023. Сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Займодавец перечисляет сумму займа на указанный заемщиком банковский счет в

следующем порядке и сроки: 3 000 000 (три миллиона) долларов США 00 центов - в срок до

01.04.2010, перечисление суммы займа возможно по частям; заемщик возвращает сумму

займа не позднее 01.12.2023. За пользование суммой займа проценты начисляются в

следующем порядке: с даты получения суммы займа до 31.12.2015 проценты не

19

начисляются. С 01.01.2016. проценты начисляются по ставке 10 %. (Примечание: курс

доллара США на 31.03.2010. 29,3638 рубль, то есть 88 091 400 рублей.

По договору займа б/н от 15.06.2013, займодавец передает заемщику заем на сумму 1

500 000 долларов США, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа не позднее

01.12.2025. Сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно. Займодавец

перечисляет сумму займа на указанный заемщиком банковский счет в следующем порядке и

сроки: 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) долларов США 00 центов - в срок до

31.07.2013, перечисление суммы займа возможно по частям. Заемщик возвращает сумму

займа не позднее 01.12.2025; за пользование суммой займа проценты начисляются в

следующем порядке: с даты получения суммы займа до 31.12.2015 проценты не

начисляются. С 01.01.2016 проценты начисляются по ставке 10 %. (курс доллара США на

дату предоставления займа по условиям договора (30.07.2013) 32,8556 рубля, то есть 49 283

400 рублей.

Согласно пояснениям ЗАО «Туркомплекс «Бештау», Norwich перечисляло в качестве

займов, полученные от Губиева М.Ю. заемные средства, в адрес проверяемого лица

ЗАО «Туркомплекс «Бештау».

В то же время платежные документы, подтверждающие перечисление денежных

средств от Губиева М.Ю. в адрес Norwich по заключенным договорам займа б/н от

28.08.2009, б/н от 31.03.2010, б/н от 15.06.2013 и иным договорам, а также документы,

подтверждающие возврат указанных займов в адрес Губиева М.Ю. на требование № 5281 от

01.07.2024 не представлены. ЗАО «Туркомплекс «Бештау» представлены скриншоты

электронных писем, направленных от лица Губиева М.Ю. на электронные адреса банка

Кипра.

Как следует из материалов дела, аналогичные договоры займа представлены

Губиевым М.Ю. в качестве приложения к пояснениям в ответ на требование №30-15-61727

от 24.01.2025, в связи с выездной налоговой проверкой в отношении ООО «Прогресс»

(ИНН 1001186582).

Учитывая указанные обстоятельства в совокупности, суд приходит к выводу, что

налогоплательщиком не подтверждено финансирование Губиевым М.Ю. деятельности

Norwich, с учетом общего размера суммы займов по договорам, заключенным между

Norwich и обществом, а также наличия иных договоров займа, заключенных между Norwich

и ООО «Прогресс» (ИНН 1001186582).

В ходе судебного разбирательства, возражая относительно доводов налогового

органа, представитель общества указывал на то, что компания Norwich осуществляла

20

действия в соответствии с инструкциями бенефициара, не имела фактического права на

получение средств, что подтверждается письмом о фактическом получателе дохода, а также

инструкциями, выданными в адрес Norwich, письмами Бенефициара, в частности:

- Indemnity to Nominee Director 18.08.2022 – гарантия возмещения ущерба и

ограждения ответственности, выданная номинальному директору;

- Corporate services agreement 18.08.2022 (Talean Services LTD and Mr. Maxim

Gubiev)- договор об оказании корпоративных услуг от 18.08.2022 между Талеан Сервисэз

ЛТД и Губиевым М.Ю.;

- письмо-инструкция (поручение) бенефициарного владельца от 25.11.2021 от

Губиева М.Ю. в адрес директора Norwich;

- Сonfirmation 31.12.2022 - письмо от Norwich от 31.12.2022 об отсутствии

фактического права на доходы по договорам займа.

Вместе с тем, указанные документы, представленные обществом, не могут быть

признаны относимыми доказательствами, поскольку оформлены в 2022 году, т.е. после

окончания проверяемого периода.

В письме-инструкции (поручении) бенефициарного владельца от 25.11.2021 от

Губиева М.Ю. в адрес директора Norwich приведены только инструкции на осуществление

новации по договорам и подписание дополнительных соглашений по договорам займа № 36-

2011 от 01.03.2011, № 69-2014 от 19.06.2014, № 129-3 от 03.07.2007, № 21 от 22.03.2007, №

13- 2019 от 01.11.2019, № 02-2020 от 28.01.2020, что также не подтверждает статус

фактического получателя дохода у Губиева М.Ю.

При этом документы, подтверждающие осуществление фактического контроля

компании Norwich Губиевым М.Ю. (инструкции, распоряжения), за период с 2009-2021 год,

обществом не представлены.

Суд критически относится к доводу заявителя о неправомерном отражении в

оспариваемом решении вывода инспекции о том, что признание задолженности

внутрироссийской повлечет невозможность применения обществом льготы, установленной

подпунктом 21.5 пункта 1 статьи 251 НК РФ, поскольку данный вывод сделан налоговым

органом в опровержение утверждения налогоплательщика о внутрироссийском характере

задолженности, так как условием для освобождения от налога на прибыль является наличие

прекращенных обязательств перед иностранным кредитором.

Суд признает обоснованным вывод инспекции о том, что сам по себе факт

финансирования иностранной компании Губиевым М.Ю. не влияет на характер

задолженности общества перед иностранной компанией Norwich, и применение специальной

21

нормы статьи 269 Налогового кодекса не предусматривает анализ всей цепочки

собственников компании для установления ее бенефициарных владельцев (резидентов

Российской Федерации).

Положения статьи 269 Налогового кодекса о переквалификации процентов в

дивиденды применяются в ситуации, когда лицом, контролирующим задолженность и

получающим в конечном итоге выплату (доход), является иностранное лицо.

При этом понятие «бенефициарного собственника организации» не может

отождествляться с понятием «бенефициарного собственника дохода (фактического

получателя дохода)».

Предоставление бенефициарным собственником налогоплательщика информации о

контролируемых иностранных компаниях не может выступать в качестве доказательства

факта распоряжения соответствующим физическим лицом любым доходом, полученным

контролируемыми иностранными организациями.

Ссылка общества на судебную практику, в частности на определение Верховного

Суда Российской Федерации от 23.07.2020 № 309-ЭС20-7376, согласно которому природа

пункта 2 статьи 269 Налогового кодекса как нормы, направленной на противодействие

злоупотреблению правом, предполагает необходимость достоверного (содержательного)

установления фактов хозяйственной деятельности, которые образуют основания для

отнесения задолженности налогоплательщика по долговым обязательствам к

контролируемой задолженности перед соответствующим иностранным лицом, не доказывает

обратное, а напротив подтверждает обоснованность позиции налогового органа , поскольку

им установлено и доказано, что задолженность по договорам займа, заключенным с

компанией Norwich отвечает критериям подпункта 1 пункта 2 статьи 269 Налогового

кодекса, то есть является контролируемой.

Довод заявителя о «транзитном» характере самой иностранной компании Norwich

несостоятелен, так как в ходе мероприятий налогового контроля установлено, что она

является действующей на протяжении 20 лет, с данной фирмой заключались

внешнеэкономические договоры (в том числе с проверяемым лицом ЗАО «Туркомплекс

«Бештау»), о чем свидетельствуют ведомости банковского контроля по кредитным

договорам, аудиторское заключение финансовой отчетности, при этом отсутствуют решения

суда о признании Norwich «транзитной», «номинальной», «технической» фирмой.

Показатели финансовой отчетности Norwich за 2021 - 2022 годы свидетельствуют об

осуществлении иностранной компанией финансово-хозяйственной деятельности, при этом

22

согласно данным в 2021 году у Norwich отсутствуют привлеченные займы в размере,

сопоставимом с задолженностью ЗАО «Туркомплекс «Бештау».

Кроме того, в соответствии с представленными ведомостями банковского контроля

по кредитным договорам № 21 от 22.03.2007, № 26-2011 от 01.03.2011, № 69-2014 от

19.06.2014, № 129-3 от 03.07.2007 нарушений валютного законодательства не выявлено,

иностранная фирма (нерезидент) Norwich Investment and Finance S.A. не являлась

недействующей, а информация, содержащаяся в ведомостях банковского контроля

недостоверной.

Представленная финансовая отчетность Norwich Investment and Finance S.A. не

свидетельствует об отсутствии ведения финансово-хозяйственной деятельности.

Суд приходит к выводу, что сам по себе факт финансирования иностранной

компании Губиевым М.Ю. не влияет на характер задолженности общества перед Norwich.

Применение специальной нормы НК РФ (статьи 269) не предусматривает анализ

всей цепочки собственников компании для установления ее бенефициарных владельцев

(резидентов Российской Федерации).

В результате оценки доводов общества относительно наличия у бенефициарного

собственника иностранной компании Губиева М.Ю. статуса фактического получателя

процентного дохода по договорам займа, причитающегося Norwich, а также относительно

его фактического участия в деятельности компании Norwich (финансирование деятельности,

оказание влияния в принятии решений, включая заключение дополнительных соглашений и

соглашений о прощении задолженности, распоряжение денежными средствами компании,

фактическое получение дохода) установлено, что распоряжений по текущей деятельности

Norwich, приказов о назначении должностных лиц указанной компании, переписки с

сотрудниками указанной компании и иных документов и информации в части

подтверждения статуса Губиева М.Ю. как контролирующего лица и единоличного

распорядителя денежными средствами компании Norwich за 2009 - 2021 годы ни

ЗАО «Туркомплекс «Бештау», ни Губиевым М.Ю. не представлено.

Положения статьи 269 Налогового кодекса о переквалификации процентов в

дивиденды применяются в ситуации, когда лицом, контролирующим задолженность и

получающим в конечном итоге выплату (доход), является иностранное лицо.

Суд приходит к выводу о корректности применения налоговым органом в данном

случае положений статьи 269 Налогового кодекса, поскольку задолженность по договорам

займа, заключенным с компанией Norwich, отвечает критериям, установленным в подпункте

1 пункта 2 статьи 269 НК РФ, то есть признается контролируемой, в связи с чем, проценты

23

по контролируемой задолженности, приравненные к дивидендам по правилам,

установленным в пунктах 3 - 6 статьи 269 Налогового кодекса, подлежат налогообложению у

источника выплаты дохода по ставке 15%.

Оценивая как не обоснованный довод заявителя о том, что в ходе проверки

инспекцией не учтены расходы общества, связанные с «выплатой» процентов в пользу

иностранной компании, суд принимает во внимание, что в соответствии с пунктом 4 статьи

269 Налогового кодекса положительная разница между начисленными процентами и

предельными процентами, исчисленными в соответствии с порядком, установленным

пунктом 2 статьи 269 Налогового кодекса, приравнивается в целях налогообложения к

дивидендам, уплаченным иностранной организации, в отношении которой существует

контролируемая задолженность, и облагается налогом в соответствии с пунктом 3 статьи 284

Налогового кодекса.

В случае, если на конец отчетного (налогового) периода величина собственного

капитала организации отрицательна, то в таком случае начисленные проценты в полном

объеме приравниваются к дивидендам и не учитываются российской организацией –

заемщиком в составе расходов.

Организация, выплачивающая указанные дивиденды, в соответствии с пунктом

2 статьи 310 Налогового кодекса, является налоговым агентом и удерживает с исчисленной

суммы дивидендов налог на прибыль в соответствии с пунктом 6 статьи 275 Налогового

кодекса.

Учитывая также положения пункта 1 статьи 7 Налогового кодекса, налогообложение

такого дохода подлежит налогообложению налогом на прибыль организаций с учетом

соответствующих положений соглашений об избежание двойного налогообложения.

Ввиду отрицательного собственного капитала ЗАО «Туркомплекс «Бештау» за

период 2019 - 2021 годы все проценты не могут быть учтены в составе внереализационных

расходов и приравниваются к дивидендам.

Ссылки заявителя на то, что оспариваемое решение не является объективным,

обоснованным, полным и комплексным, не соответствует обязательным требованиям к его

содержанию и порядку принятия, поскольку основано на не проверенных предположениях,

игнорирует существенные обстоятельства и нормы закона, что, по мнению общества,

является самостоятельным и безусловным основанием для его отмены в силу ч. 2 ст. 201

АПК РФ и п. 14 ст. 101 НК РФ, судом отклоняются.

По общему правилу, решение представляет собой основной акт, принимаемый по

существу налоговой проверки, так как именно этот акт в соответствии с НК РФ выполняет

24

основную функцию ненормативных правовых актов, которой является установление

юридических фактов, под которым понимается подтверждение управомоченным органом

или должностным лицом наличия либо отсутствия юридического факта за неимением

возможности доказать его существование.

Способ фиксации обстоятельств, порождающих юридические последствия, состоит в

непосредственном закреплении их в самом акте.

В п. 8 ст. 101 НК РФ установлены обязательные требования к содержанию решения

о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. В нем

излагаются обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом

налогового правонарушения, результаты проверки доводов этого лица, а также результаты

рассмотрения по существу в виде решения о привлечении налогоплательщика к налоговой

ответственности за конкретные налоговые правонарушения со ссылкой на статьи НК РФ и

применяемые меры ответственности; приводятся размер выявленной недоимки и сумма

соответствующих пеней, а также подлежащий уплате штраф.

В решении об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового

правонарушения согласно положениям п. 8 ст. 100 НК РФ излагаются обстоятельства,

послужившие основанием для такого отказа, могут быть указаны размер недоимки, если эта

недоимка была выявлена в ходе проверки, и сумма соответствующих пеней.

Кроме того, в каждом из названных решений указываются срок, в течение которого

лицо, в отношении которого вынесено решение, вправе обжаловать указанное решение,

порядок обжалования решения в вышестоящий налоговый орган, а также наименование

органа, его местонахождение, другие необходимые сведения.

При этом, основанием для отмены решения может являться несоблюдение

существенных условий процедуры рассмотрения материалов проверки, выразившееся в

необеспечении возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать

в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего

представителя и необеспечении возможности налогоплательщика представить объяснения.

Иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки могут

являться основаниями для отмены решения налогового органа, если только такие нарушения

привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя)

налогового органа неправомерного решения (п. 14 ст. 101 НК РФ).

Недостаточное обоснование позиции налогового органа, отраженной в решении,

само по себе не свидетельствует о принятии налоговым органом неправомерного решения в

отношении права налогоплательщика.

25

В данном случае, доводы, приведенные налогоплательщиком, не свидетельствуют о

нарушении инспекцией норм налогового законодательства при проведении выездной

налоговой проверки и нарушении прав налогоплательщика, в связи с чем, оснований для

отмены решения налогового органа в силу пункта 14 статьи 101 НК РФ не имеется.

Как следует из требований заявителя, общество также просит признать

недействительным решение УФНС России по Ставропольскому краю от 24.07.2025 №2600-

2025/000908/И. В обоснование указанного требования ЗАО «Туркомплекс «Бештау»

ссылается на то, что Управление не провело самостоятельного анализа представленных

заявителем доказательств и доводов, не дало правовой оценки ключевым аргументам

заявителя, не оценило законность применения нижестоящей инспекцией статьи 269 НК РФ,

включая порядок ее применения, установленный в судебной практике, и соблюдение

критериев признания задолженности контролируемой.

Отклоняя указанные доводы общества, суд руководствуется следующим.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 75 Постановления Пленума

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57, решение

вышестоящего налогового органа, принятое по жалобе налогоплательщика, не может

являться самостоятельным предметом оспаривания в суде, если им проверяется законность

решения нижестоящего налогового органа и в обжалованной части было оставлено без

изменения полностью или частично, за исключением случаев, если оно представляет собой

новое решение, а также по мотиву нарушения процедуры его принятия либо по мотиву

выхода вышестоящего налогового органа за пределы своих полномочий.

При применении данного пункта следует учитывать, что обжалование решения

вышестоящего налогового органа, принятое по жалобе налогоплательщика, возможно только

по основаниям, отличным от установленных в решении нижестоящего налогового органа,

или по обстоятельствам, свидетельствующим о нарушении процедуры его вынесения.

В данном случае общество не оспаривает решение УФНС России по

Ставропольскому краю по указанным мотивам.

Напротив, в заявлении налогоплательщик оспаривает обстоятельства и основания

доначисления налоговых платежей, сформулированные в решении об отказе в привлечении к

налоговой ответственности от 19.05.2025 №1644, принятом Межрайонной ИФНС России

№15 по Ставропольскому краю.

В данном случае решение УФНС России по Ставропольскому краю не представляет

собой новое решение и не дополняет решение Межрайонной ИФНС России №15 по

Ставропольскому краю.

26

Процедура принятия решения УФНС России по Ставропольскому краю не

нарушена, решение принято в пределах своих полномочий.

Доказательств обратного обществом не представлено.

Расчет доначисленных сумм налогов судом проверен, доводов о несоответствии

либо ошибочности произведенных налоговым органом расчетов налогоплательщиком не

заявлено, контррасчет в материалы дела не представлен.

В соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что

оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов,

осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или

иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя,

суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

На основании вышеизложенного, оценив представленные в дело доказательства в

порядке статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение

инспекции соответствует требованиям налогового законодательства, в связи с чем, суд

приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований

общества.

При обращении в суд с заявлением об уточнении требований, обществом в

соответствии с требованиями статьи 333.21 НК РФ уплачена государственная пошлина в

размере 100 000 руб. (по 50 000 руб. за требование).

Поскольку уточненные требования не приняты к рассмотрению (представитель

общества просил суд не рассматривать ходатайство об уточнении требований),

государственная пошлина, уплаченная п/п № 5111, 5110 от 30.12.2025, подлежи возврату

заявителю из бюджета.

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 201 Арбитражного процессуального

кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявления закрытого акционерного общества «Туркомплекс

«Бештау», г. Пятигорск, ИНН 2632011716, о признании недействительными: решения

межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Ставропольскому краю от

19.05.2025 № 1644 об отказе в привлечении к налоговой ответственности, решения

Управлению Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю от 24.07.2025 №

2600-2025/000908/И, отказать.

Возвратить закрытому акционерному обществу «Туркомплекс «Бештау», г.

Пятигорск, ИНН 2632011716, из бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в

27

размере 100 000 руб., перечисленную на основании платежных поручений № 5111, 5110 от

30.12.2025.

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия

(изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо – Кавказского округа в

двухмесячный срок со дня вступления в законную силу при условии, что решение было

предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд

апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи

апелляционной жалобы.

Судья И.В Навакова

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП: Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 22.10.2025 13:04:18

Кому выдана Навакова Ирина Викторовна