Арбитражный суд Уральского округа (ФАС УО)

Постановление от 4 февраля 2026 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

Арбитражный суд Уральского округа (ФАС УО)

- Гражданское

Суть спора: Корпоративные споры

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5858/25

Екатеринбург 05 февраля 2026 г. Дело № А76-33316/2023 Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2026 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А., судей Артемьевой Н. А., Новиковой О. Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ждановой Д.С., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ТуламашАгро» (далее – истец, общество «ТуламашАгро») на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2025 по делу № А76-33316/2023 Арбитражного суда Челябинской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие путем использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседании) представители:

общества с ограниченной ответственностью «ТуламашАгро» – ФИО1 (паспорт, доверенность от 08.12.2025), ФИО2 (паспорт, доверенность

от 08.12.2025);

ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 23.09.2024 № 74АА6830718).

Общество «ТуламашАгро» 19.10.2023 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к ФИО5, ФИО3 (далее – ответчики) о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности с ФИО5 и ФИО3 в пользу общества «ТуламашАгро» в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Трактора и Инженерные

машины» (далее – общество «Трактора и Инженерные машины») 1 375 300 руб. 49 коп.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.01.2025 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Определением от 18.06.2025 Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ) для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в связи с тем, что дело рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО5, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

На основании статьи

51 АПК РФ

к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен бывший участник общества «Трактора и Инженерные машины» – ФИО6.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2025 решение Арбитражного суда Челябинской области от 09.01.2025 отменено; исковые требования общества «ТуламашАгро» удовлетворены частично; с ФИО5 в пользу общества «ТуламашАгро» взыскано 1 375 300 руб. 49 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Трактора и Инженерные машины», а также 26 753 руб. в порядке распределения судебных расходов за рассмотрение искового заявления; в удовлетворении исковых требований к ФИО3 отказано; с общества «ТуламашАгро» в пользу ФИО3 взыскано 10 000 руб. в порядке распределения судебных расходов за рассмотрение апелляционной жалобы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество «ТуламашАгро» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, просит постановление апелляционного суда отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что доводы истца, изложенные в исковом заявлении и дополнениях к нему, а также в отзыве на апелляционную жалобу, судом апелляционной инстанции проигнорированы, и какой-либо правовой оценки не получили, в связи с этим, в противоречие пункта12 части 2 статьи

271

и пункта 12 части 2 статьи

289 АПК РФ

, в постановлении суда не указаны мотивы, по которым им были отклонены доказательства и доводы истца, что свидетельствует о его формальном подходе к рассмотрению настоящего дела; обращает внимание на то, что апелляционный суд в постановлении указал на отсутствие письменного отзыва истца на апелляционную жалобу, в то время как он был представлен суду.

Кассатор не согласен с выводами апелляционного суда о недоказанности уведомления общества «Трактора и Инженерные машины», руководителем которого являлась ФИО3, об отказе от исполнения договора на дату составления служебной записки 12.08.2020, и отсутствии в

связи с этим у руководителя общества ФИО3 оснований для возврата денежных средств; кассатор указывает, что при разрешении возникшего спора апелляционный суд должен был руководствоваться статьей

1102

Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку ФИО3 получение от истца аванса в размере 1 348 000 руб. по договору поставки Автогрейдера ДЗ-98 В9М2 2016 г/в № 1806-2020 с обществом «ТуламашАгро», а также невозврата его истцу не оспаривала, следовательно, с момента неподписания обществом «ТуламашАгро» указанного договора поставки, учитывая, что ФИО3 являлась директором общества и об этом знала и не могла не знать, общество «Трактора и Инженерные машины» стало обязанным возвратить истцу полученные от него деньги; уплатить проценты по статье

395 ГК РФ

за период до момента их возврата.

Кроме того, кассатор ссылается на то, что в данном случае в бухгалтерском учете и у получателя, и у плательщика сумму полученного аванса по указанному выше договору следовало отразить на счете 76, чего сделано не было, и ответчик ФИО3, являясь директором и главным бухгалтером общества, вплоть до момента своего увольнения, с июля по декабря 2020 года продолжала удерживать полученный от истца авансовый платеж и использовала его в своих целях; полагает, что об осведомленности ФИО3 о наличии у общества «Трактора и Инженерные машины» кредиторской задолженности в виде поступившего аванса по неподписанному договору, также свидетельствует и то, что по правилам бухгалтерского учета расчеты по операциям, производимым с покупателями и заказчиками, отражаются на счете 62, кредиторская же задолженность по данному счету, образуется при получении авансового платежа от покупателя, впоследствии при реализации товаров, работ, услуг их стоимость отражается по дебету счета 62.

Заявитель кассационной жалобы полагает ошибочными выводы апелляционного суда о невиновности ФИО3 в невозврате перечисленного аванса, поскольку она в материалы дела представила пояснения, со ссылкой на выписку по расчетному счету, из которых следует совершение руководителем общества «Трактора и Инженерные машины» действий, направленных на приобретение запасных частей для целей сборки автогрейдера, поставка которого предусмотрена условиям договора от 18.06.2020 № 1806-2020, неподписанного обществом «ТуламашАгро»; связи с изменением производственных планов, с какими-либо просьбами или предложениями к директору общества «Трактора и Инженерные машины» о поставке другой техники, истец не обращался; о приобретении запасных частей для целей сборки автогрейдера, по причине потери интереса к этой технике, директора ФИО3 общество «ТуламашАгро» не просило и на то не уполномочивало, поставку иной техники не согласовывало и доказательств обратного не представлено.

Кассатор полагает, что, поскольку в период образования у общества «Трактора и Инженерные машины» перед обществом «ТуламашАгро»

кредиторской задолженности по невозвращенному авансу, директором и главным бухгалтером являлась именно ФИО3, а сам период невозврата с момента получения денег и до ее увольнения длился 6 месяцев, то даже последующее прекращение ее статуса в этом качестве не может ее освободить от субсидиарной ответственности, следовательно, именно ФИО3 обязана в данном случае в первоочередном порядке возместить обществу убытки, причиненные ее виновными действиями (бездействием), при этом вина ответчика в этом случае выражается в непринятии объективно возможных мер по устранению или недопущению отрицательных для общества «ТуламашАгро» результатов своих действий, диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации.

Кроме того, общество «ТуламашАгро» указывает, что апелляционный суд рассмотрел дело без надлежащего извещения и в отсутствие ФИО6

ФИО3 в отзыве просит постановление апелляционного суда оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями

284

,

286 АПК РФ

.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Трактора и Инженерные машины» учреждено 20.08.2018, директором в период с 20.08.2018 по 25.12.2020 являлась ФИО3, в период с 25.12.2020 по 26.05.2022 – ФИО5, который в указанный период являлся единственным участником общества (его доля в уставном капитале общества составляла 100 %). Также участниками общества являлись ФИО6 с 15.08.2018 по 15.09.2020, ФИО7 с 15.09.2020 по 21.12.2020.

Обществом «ТуламашАгро» на основании счета выставленного в рамках договора поставки Автогрейдера ДЗ-98 В9М2 2016 г/в № 1806-2020, неподписанного обществом «ТуламашАгро», обществом «Трактора и Инженерные машины» от 01.07.2020 № 44, произведена оплата авансового платежа с целью приобретения товара (Автогрейдер ДЗ-98 В9М2) в размере 1 348 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 92973 от 02.07.2020.

В связи с тем, что товар ответчиком не поставлен, денежные средства не возвращены в адрес «ТуламашАгро», истцом направлена претензия исх. № ТМА-М-Ип-21-79 от 12.05.2021 с требованием возврата данных денежных средств, однако, ранее перечисленный авансовый платеж возвращен не был.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения общества «ТуламашАгро» с исковым заявлением в Арбитражный суд Челябинской области к обществу «Трактора и Инженерные машины» о взыскании неосновательного обогащения.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 16.12.2021 по делу № А76-21181/2021 с общества «Трактора и Инженерные машины» в пользу общества «ТуламашАгро» взыскано неосновательное обогащение в

размере 1 348 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.06.2021 по 21.06.2021 в размере 812 руб. 49 коп., всего 1 348 812 руб. 49 коп., а также сумма государственной пошлины в размере 26 488 руб.

Во исполнение данного решения 09.03.2022 выдан исполнительный лист серии ФС № 036707168, а 08.04.2022 возбуждено исполнительное производство № 51954/22/74020-ИП.

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области (далее – МИФНС № 17 по Челябинской области) 26.05.2022 принято решение о предстоящем исключении юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), поскольку выявлено наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности сведений, о чем внесена запись за основным государственным регистрационным номером № 2227400376025.

Общество «Трактора и Инженерные машины» 26.05.2022 исключено из ЕГРЮЛ МИФНС № 17 по Челябинской области в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, о чем внесена запись за основным государственным регистрационным номером № 2227400376025.

В связи с прекращением обществом «Трактора и Инженерные машины» хозяйственной деятельности, истец обратился с настоящим иском к бывшим руководителям и учредителю должника как к лицам, ответственным за действия общества, с требованием о взыскании убытков в виде взысканной по делу № А76-21181/2021 задолженности.

Удовлетворяя иск частично, апелляционный суд исходил из следующего.

Как следует из содержания пунктов 1 статьи

48

, пунктов 1 и

2

статьи

56

, пункта 1 статьи

87 ГК РФ

законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности. Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и по общему правилу исключает возможность привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время упомянутые принципы установлены законодателем для того, чтобы исключить личную ответственность участников корпорации по ее обязательствам, возникшим перед третьими лицами в ее предпринимательской деятельности в связи с рисковым характером указанной деятельности, но не в целях поощрения обмана кредиторов и намеренного уклонения от исполнения обязательств.

Правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками (учредителями) и иными контролирующими

лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи

10

, статья

1064 ГК РФ

).

Участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1-3 статьи

53.1 ГК РФ

) могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, о чем указано в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», а также в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020.

Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, при том, что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности.

Таким образом, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота. Для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Основанием субсидиарной ответственности контролирующих лиц является доведение должника по основному обязательству до такого имущественного положения, при котором осуществление расчетов с кредиторами стало невозможным, при том, что кредиторы оказались лишены способа удовлетворить свои требования в рамках процедуры ликвидации юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ как фактически недействующего, либо в процедуре банкротства.

Согласно пункту 3 статьи

64.2 ГК РФ

исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, которые в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочены выступать от его имени (пункт 3 статьи

53

и пункт 1 статьи

53.1 ГК РФ

), а также лиц,

имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица (пункт 3 статьи

53.1 ГК РФ

).

Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 488-ФЗ) внесены изменения в Закон № 14-ФЗ, в частности, статья 3 дополнена пунктом 3.1, в соответствии с которым исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ при отказе основного должника от исполнения обязательств. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи

53.1 ГК РФ

, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

О правовой природе субсидиарной ответственности, основанной на правилах пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, как ответственности за деликт Конституционный Суд Российской Федерации высказался в постановлении от 21.05.2021 № 20-П (далее – постановление Конституционного Суда № 20-П), указав, что по смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи

53

, статей

53.1

,

401

и

1064 ГК РФ

, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Что касается распределения бремени доказывания для установления наличия материально-правовых оснований привлечения к субсидиарной ответственности, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6-П (далее – постановление Конституционного Суда № 6-П) отметил, что содержащиеся в пункте 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ положения предполагают привлечение лиц, контролировавших общество, исключенное из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору, если на момент исключения общества из реестра соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом; его применение судами обусловлено

предположением о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное. Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами.

Необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключению из ЕГРЮЛ при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном нарушении статьи

17

(часть 3) Конституции Российской Федерации – пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытках избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности.

Кредиторы, в том числе ведущие предпринимательскую деятельность, прибегая к судебной защите своих имущественных прав, вправе рассчитывать на добросовестное поведение контролирующих должника лиц, не только в материально-правовых, но и в процессуальных отношениях: на их содействие правосудию, на раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации, на предоставление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении № 20-П также указал, что при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц. Соответственно, предъявление к истцу – кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо – потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу статьи 3 Закона об обществах, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо может дать пояснения

относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Таким образом, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи

9

, часть 2 статьи

65 АПК РФ

) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, по общему правилу, не обладает информацией о хозяйственной деятельности должника, в отличие от контролирующих должника лиц, которые могут ограничить доступ к документам по своему усмотрению.

Если будет доказано, что действия контролирующего лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов подконтрольного общества, то оно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела.

Иное, то есть, получение в деле по заявлению кредитора преимущества в виде освобождения от ответственности в результате недобросовестного процессуального поведения контролирующего должника лица, которое в силу своего положения способно оказывать существенное влияние на деятельность общества и обязано при возникновении признаков банкротства действовать с учетом интересов кредиторов, вступало бы в противоречие с принципом справедливости (постановление Конституционного Суда № 6-П).

В данном случае, учитывая направленность материально-правового интереса истца, суд исходит из того, что заявленные истцом в настоящем споре требования к ответчику подлежат разрешению на основании правил о возмещении убытков (статьи

15

,

1064 ГК РФ

).

Учитывая все вышеизложенные обстоятельства, исследовав и оценив доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, установив, что ФИО3 в период с 20.08.2018 по 25.12.2020 являлась лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени общества «Трактора и Инженерные машины», обязанность которого по возврату обществу

«ТуламашАгро» денежных средств возникла в связи с неисполнением обязательств по поставке товара – Автогрейдер ДЗ-98 В9М2, по ранее внесенной по платежному поручению от 02.07.2020 предоплате, принимая во внимание пояснения истца, согласно которым предоплата по платежному поручению от 02.07.2020 внесена в связи с заключением договора № 1806-2020 от 18.06.2020 на поставку автогрейдера, однако со стороны общества «Туламашагро» договор подписан не был по причине изменения производственных планов истца в августе 2020 года, работа по возврату денежных средств велась в «телефонном режиме» с неким ФИО8 (скриншот переписки не принят судом как доказательство, в связи с невозможностью установления принадлежности номеров, а также личности лица), вместе с тем, установив, что документальных доказательств уведомления общества «Трактора и Инженерные машины», руководителем которого являлась ФИО3, об отказе от исполнения договора на дату составления служебной записки 12.08.2020, в материалы дела не представлено, в связи с чем у ФИО3 не имелось оснований для возврата денежных средств, учитывая подписание со стороны общества «Трактора и Инженерные машины» договора, предусматривающего срок поставки, при этом ФИО3 в материалы дела представила пояснения, со ссылкой на выписку по расчетному счету, из которых следует совершение действий, направленных на приобретение запасных частей для целей сборки автогрейдера, согласно условиям договора, учитывая, что ее полномочия прекращены 30.09.2020, при этом претензия о возврате денежных средств, ранее перечисленных по платежному поручению от 02.07.2020, направлена только 12.05.2021, в период когда руководителем являлся ФИО5, более того после снятия ФИО3 с должности руководителя (30.09.2020), общество «Трактора и Инженерные машины» продолжало исполнять свои обязательства перед иными лицами, суд пришел к выводу о том, что неисполнение обязательств перед обществом «ТуламашАгро» не связано с недобросовестными действиями ФИО3, направленными на уклонение от исполнение обязательств перед кредитором, в связи с чем в удовлетворении исковых требований в части требований предъявленных к ФИО3 отказал.

Полагая обоснованными требования истца к ФИО5, апелляционный суд исходил из того, что ответчик являлся руководителем общества «Трактора и Инженерные машины» с 25.12.2020, а также участником общества с 21.12.2020, при этом в период его руководства обществом «Туламашагро» направлена претензия о возврате ранее внесенных денежных средств (12.05.2021), которая оставлена без ответа, между тем 26.05.2022 общество исключено из ЕГРЮЛ как недействующее.

Принимая во внимание, что ответчик не представил пояснений относительно того, по каким причинам обязательства перед истцом не исполнялись, не представлены сведения в регистрирующий орган при установлении недостоверности сведений в отношении юридического лица, при этом доказательств добросовестности поведения ответчика в материалы

дела также не представлены, изложенные истцом обстоятельства и представленные в подтверждение заявленных требований доказательства, не опровергнуты, иного не доказано, учитывая, что ФИО5 будучи осведомленным о наличии задолженности и вступившем в связи с этим судебном решении о взыскании таковой с общества в законную силу, не обжаловал в судебном порядке процедуру административной ликвидации общества, не поставил в известность регистрирующий орган о наличии кредиторской задолженности, мер по погашению задолженности перед кредитором не предпринял, апелляционный суд заключил, что ФИО5 не сохранил правоспособность общества, в связи с чем своими бездействиями повлек неисполнение вступившего в законную силу судебного акта, подлежащего в силу статьи

16 АПК РФ

обязательному исполнению.

С учетом этого, исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи представленные сторонами доказательства с учетом положений статьи

71 АПК РФ

, исходя из того, ФИО5 не представлено доказательств, которые подтверждали бы, что он, как участник и руководитель общества, действуя со всей мерой заботливости и осмотрительности, действовал добросовестно, предпринимал какие-либо меры, которые бы способствовали исполнению обязательств перед истцом по настоящему делу, учитывая так же уклонение от раскрытия обстоятельств, связанных с приобретением общества, а также причин непроведения расчетов с кредиторами, в том числе посредствам процедур, установленных ГК РФ и Законом о банкротстве, апелляционный суд признал обоснованными доводы о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика по обязательствам общества, поскольку представлены доказательства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика как учредителя и руководителя должника и тем, что долг перед кредитором не был погашен, установлено наличие признаков неразумности или недобросовестности в действиях ответчика, факт причинения убытков истцу, в вязи с чем требование общества «Туламашагро» о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Трактора и Инженерные машины» в размере непогашенной задолженности, установленной решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.12.2021 по делу № А76-21181/2021, удовлетворено.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют имеющимся в деле доказательствам и апелляционным судом применены положения действующего законодательства, регулирующие рассматриваемые правоотношения.

Приводимый обществом «ТуламашАгро» довод о необоснованном указании апелляционным судом на непредставление письменного отзыва на апелляционную жалобу, представленного истцом суду судом округа отклоняется, поскольку письменный отзыв представлен обществом

«ТуламашАгро» 30.05.2025 и 03.06.2025 во исполнение определения суда от 22.04.2025, на что указано в постановлении апелляционного суда, данные доводы не свидетельствуют о наличии оснований для отмены обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции, его выводов не опровергают.

Довод о кассатора о ненадлежащем уведомлении ФИО6 и рассмотрении ела без ее участия, судом округа также отклоняется. Из материалов дела следует, что копии определений апелляционного суда об отложении судебного разбирательства от 15.07.2025 и 12.08.2025 направлены судом регистрируемым почтовым отправлением с почтовыми идентификаторами № 45499408820182, 45499408901683 по её адресу регистрации, указанному в адресной справке, представленной Главным управлением МВД по Челябинской области: <...>, кв. *. Из официальной информации, размещенной на сайте акционерного общества «Почта России», следует, что почтовые отправления с копиями определений суда от 15.07.2025 и 12.08.2025 возвращены в материалы дела после неудачной попытки вручения с указанием причин возврата – истечение срок хранения, при этом к лицам, извещенным надлежащим образом, приравниваются те, кто, несмотря на почтовое извещение, не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд (пункт 2 части 4 статьи

123 АПК РФ

). При этом проведение судебного заседания в отсутствие третьего лица или его представителя, само по себе при наличии доказательств, свидетельствующих об их уведомлении о процессе, не свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права, поскольку в случае если явка не признана судом обязательной, ее обеспечение в суд является правом лица, участвующего в рассмотрении дела, и риск ее необеспечения, равно как и неучастия в судебном заседании путем применения иных доступных способов (видеоконференцсвязь, вэб- конференция) лежит на соответствующем лице, необеспечившем явку.

Иные изложенные в жалобе доводы кассатора судом округа также отклоняются, поскольку являлись предметом исследования апелляционного суда и были отклонены, его выводов не опровергают, о нарушении судом норм права не свидетельствуют, а сводятся лишь к переоценке доказательств и обстоятельств, оцененных и установленных апелляционным судом. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств и просят еще раз пересмотреть спор по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи

71 АПК РФ

. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья

286 АПК РФ

).

Нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья

288 АПК РФ

), судом округа не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст.

286

,

287

,

289

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2025 по делу № А76-33316/2023 Арбитражного суда Челябинской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ТуламашАгро» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст.

291.1

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.А. Павлова

Судьи Н.А. Артемьева

О.Н. Новикова