индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском (уточненным в порядке статьи

Постановление от 23 января 2026 г. 3 ААС (Третий арбитражный апелляционный суд)

Третий арбитражный апелляционный суд (3 ААС)

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-26879/2024

г. Красноярск

24 января 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена «12» января 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен «24» января 2026 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Бутиной И.Н.,

судей: Мантурова В.С., Шадчиной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лизан Т.Е.,

при участии:

истца - индивидуального предпринимателя ФИО1, паспорт;

от ответчика - ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности от 17.12.2024, паспорт, удостоверение адвоката от 24.03.2011 № 1550,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «18» июня 2025 года по делу № А33-26879/2024,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском (уточненным в порядке статьи

49

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Северный ветер» (далее – ООО «Северный ветер») в сумме 402 868 рублей убытков, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 141 238 рублей 53 копеек, процентов за пользование чужими денежными средствами до момента фактического исполнения решения суда; об индексации присужденной денежной суммы.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 18.06.2025 иск удовлетворен.

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчик указал на отсутствие в материалах дела доказательств того, что при сохранении статуса действующего юридического лица у ООО «Северный ветер» имелась возможность осуществить расчеты с истцом.

Апеллянт просил обратить внимание суда на наличие в материалах дела доказательств, подтверждают факт того, что у общества с сентября 2017 года не имелось денежных средств на счете, обороты по счетам за период 2018, 2019, 2020, 2021, 2022 годов отсутствовали.

Как указано апеллянтом, расчет с истцом не был произведен в полном объеме из-за недобросовестных действий ООО «Терминал нефтепродукт», а именно: ООО «Терминал нефтепродукт» не представило в адрес ООО «Северный ветер» товарно-транспортные накладные с подписью водителя, подтверждающих объем поставки.

По мнению апеллянта, выдача в подотчет сотрудникам общества 288 840 рублей не могла негативно сказаться на финансовом состоянии ООО «Северный ветер», поскольку указанные денежные средства были направлены на нужды последнего, однако предоставить в материалы дела отчетные документы, подтверждающие указанное обстоятельство, не представляется возможным в связи с истечением срока хранения указанных документов.

С учётом изложенного, ответчик указал на то, что действия ФИО2 не были неразумными и недобросовестными при осуществлении хозяйственной деятельности общества. Общество не имело материальных ресурсов для исполнения обязательств, действия по выводу активов должника с целью неисполнения обязательств перед истцом ответчиком не совершалось, достаточных доказательств того, что поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований истца, материалы дела не содержат.

Кроме того, как полагает податель жалобы, учитывая тот факт, что задолженность ООО «Северный ветер» перед ООО «Терминал нефтепродукт» возникла с 06.05.2017, у суда отсутствовали основания для применения положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ), введенного в действие 28.07.2017.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 30.07.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство откладывалось.

От истца поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором последний просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступном информационном сервисе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»).

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, истец возражал по ним.

Судом установлено, что ответчиком через информационную систему «Картотека арбитражных дел» 11.01.2026 представлены дополнительные пояснения к апелляционной жалобе, однако, учитывая, что указанные пояснения не были направлены заблаговременно истцу, суд отказал в их приобщении к материалам дела.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.01.2020 по делу № А33-18295/2019 иск ООО «Терминал нефтепродукт» к ООО «Северный ветер» удовлетворен частично: с ООО «Северный ветер» в пользу ООО «Терминал нефтепродукт» взыскано 397 924 рубля основного долга, 3777 рублей расходов по уплате государственной пошлины, 1167 рублей судебных издержек.

11.03.2020 выдан исполнительный лист серии ФС № 033381556.

На основании исполнительного листа ОСП по Центральному району г. Красноярска возбуждено исполнительное производство от 01.04.2020 № 22342/20/24014-ИП.

Из иска следует, что указанное исполнительное производство прекращено 07.11.2023 в связи с установлением факта внесения записи об исключении должника из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), задолженность по сводному исполнительному производству составила 431 068 рублей 76 копеек, в том числе: 402 868 рублей – основной долг, 28 200 рублей 76 копеек – не основной долг.

Впоследствии ООО «Терминал нефтепродукт» выбыло из материальных правоотношений в связи с уступкой права требования ИП ФИО1 на основании протокола о результатах торгов посредством публичного предложения от 01.10.2021 № 4, договора купли-продажи от 01.10.2021 № 2, заключенного между ООО «Терминал нефтепродукт» и ИП ФИО1, акта приема-передачи от 28.10.2021.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 21.12.2021 по делу № А33-18295/2019 произведена замена взыскателя - ООО «Терминал нефтепродукт» на его правопреемника – ИП ФИО1

Согласно доводам истца с момента создания ООО «Северный ветер» единственным участником и директором являлся ФИО2 с размером доли 100%.

Деятельность указанного юридического лица прекращена 20.10.2023 в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности (ГРН записи 2232400587692 от 20.10.2023).

Согласно доводам, изложенным в исковом заявлении, истец лишился возможности взыскать задолженность ввиду исключения ООО «Северный ветер» из ЕГРЮЛ.

Действия/бездействие лица, контролирующего деятельность юридического лица, при исполнении обязательств по решению арбитражного суда повлекли за собой причинение истцу убытков в заявленном размере, что явилось основанием для обращения истца в суд с заявленными требованиями.

Удовлетворяя исковые требования в части, суд первой инстанции исходил из доказанности недобросовестности в действиях (бездействиях) ответчика и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями (бездействиями) и наступившими для истца убытками, при отсутствии оснований для индексации присужденных решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.01.2020 по делу № А33-18295/2019 денежных сумм.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей

266

,

268

,

270

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

В силу положений пункта 1 статьи

48

, пунктов 1 и

2

статьи

56

, пункта 1 статьи

87

Гражданского кодекса Российской Федерации законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками (учредителями) и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи

10

, статья

1064

Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи

53.1

Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Исключение общества с ограниченной ответственностью из реестра как недействующего в связи с тем, что в реестре имеются сведения, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, не препятствует привлечению контролирующего лица этого общества к ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления этой ответственности (пункт 3 статьи

64.2

Гражданского кодекса Российской Федерации, определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

Субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества может быть возложена на контролировавших его лиц, если неисполнение обязательств таким обществом обусловлено их недобросовестными или неразумными действиями (пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6-П указал, что пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ предполагает привлечение лиц, контролировавших общество, исключенное из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору, если на момент исключения общества из реестра соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом; его применение судами обусловлено предположением о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом-кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное. Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами.

Как указывалось ранее, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.01.2020 по делу № А33-18295/2019 с ООО «Северный ветер» в пользу ООО «Терминал нефтепродукт» взыскано 397 924 рубля основного долга, возникшего в связи с ненадлежащим исполнением ООО «Северный ветер» обязательств по оплате стоимости поставленного товара по договору поставки нефтепродуктов от 21.04.2017 № ИФ/62.

Кроме того, указанным решением с ООО «Северный ветер» в пользу ООО «Терминал нефтепродукт» взыскано 3777 рублей расходов по уплате государственной пошлины, 1167 рублей судебных издержек.

В ходе судебного разбирательства по указанному делу определением суда от 21.12.2021 произведена замена взыскателя - ООО «Терминал нефтепродукт» на его правопреемника – индивидуального предпринимателя ФИО1.

На указанное решение 11.03.2020 выдан исполнительный лист серии ФС № 033381556, возбуждено исполнительное производство от 01.04.2020 № 22342/20/24014-ИП, оконченное 07.11.2023 в связи с установлением факта внесения записи об исключении ООО «Северный ветер» из ЕГРЮЛ.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции установлено, что в период возникновения задолженности общество продолжало осуществлять хозяйственную деятельность.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 14.10.2024 истребованы:

- у Агентства по страхованию вкладов выписки по расчетному счету № 40702810300120000193 ООО «Северный ветер, открытому в АКБ «Легион» в г. Красноярске, за период с 21.04.2017 по 20.10.2023;

- у НСКБ «Левобережный» (ПАО) в г. Красноярске выписки по расчетному счету № <***> ООО «Северный ветер» за период с 21.04.2017 по 20.10.2023;

- у АКБ «АВАНГАРД» (ПАО) выписки по расчетным счетам №№ 40702810834100028748, 4210381043410600071 ООО «Северный ветер» за период с 21.04.2017 по 20.10.2023;

- у Красноярского отделения № 8646 ПАО «Сбербанк России» выписки по расчетному счету № <***> ООО «Северный ветер» за период с 21.04.2017 по 20.10.2023;

- у Красноярского регионального отделения АО «Российский Сельскохозяйственный банк» выписки по расчетному счету № <***> ООО «Северный ветер» за период с 21.04.2017 по 20.10.2023;

- у ПАО «Промсвязьбанк» выписки по расчетному счету № <***> ООО «Северный ветер», открытому в ПАО АКБ «СВЯЗЬ-БАНК» (Новосибирский региональный), за период с 21.04.2017 по 20.10.2023.

Из анализа ответов на указанное определение следует, что движения денежных средств на счете, открытом в ПАО «Промсвязьбанк», за период с 26.05.2018 по 21.04.2020 не имелось; движения денежных средств на счете, открытом в ПАО «Сбербанк России», за период с 21.04.2017 по 11.01.2019 не имелось; операции по счету, открытом в АКБ «Легион» (АО), не производились; за период с 21.04.2017 по 20.10.2023 операций по счету, открытом в АО «Российский Сельскохозяйственный банк», не производилось; счет, открытый в АКБ «АВАНГАРД» (ПАО), закрыт 18.07.2016, остаток по состоянию на 24.08.2018 составляет 0,00 рублей.

Однако, выпиской по счету № 40702810834100028748, открытому АКБ «АВАНГАРД» (ПАО), установлено движение денежных средств в размере 8 162 090 рублей 44 копеек.

Из материалов дела следует, что на момент заключения между ООО «Терминал нефтепродукт» и ООО «Северный ветер» спорной сделки (договор поставки нефтепродуктов от 21.04.2017 № ИФ/62) и вынесения решения по делу № А33-18295/2019 единственным участником и директором ООО «Северный ветер» являлся ФИО2

Таким образом, материалами дела подтверждается, что в период осуществления ответчиком функций контролирующего лица обществом производились операции по счетам.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 127-ФЗ), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 9 статьи 61.11 Закона № 127-ФЗ арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи

61.10

Закона о банкротстве, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Между тем ФИО2 таких доказательств не представил.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, о чем указано в пункте 2 Постановления Пленума № 53, а также в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020.

В данном случае следует учесть тот факт, что при обращении с иском о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве доказывание истцом (кредитором) неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Выравнивание объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания осуществляется, в частности, посредством возложения в силу закона на участников соответствующих отношений дополнительных обязанностей, наделения корреспондирующими правами, предоставления процессуальных преимуществ в виде презумпций и посредством процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания с целью соблюдения принципа добросовестности в его взаимосвязи с принципом справедливости для недопущения извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, в том числе при злоупотреблении правом (пункт 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи

61.11

Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи

3

Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля») (далее – Постановление № 6-П).

Что касается распределения бремени доказывания для установления наличия материально-правовых оснований привлечения к субсидиарной ответственности, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении № 6-П отметил, что содержащиеся в пункте 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ положения предполагают привлечение лиц, контролировавших общество, исключенное из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору, если на момент исключения общества из реестра соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом; его применение судами обусловлено предположением о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное. Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами.

В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к сведениям и документации о хозяйственной деятельности должника и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений (отзыва) о своих действиях (бездействии) при управлении должником, о причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности (в том числе при неявке в суд) или при явной неполноте пояснений, при непредставлении доказательств правомерности своего поведения (т.е. при установлении судом недобросовестности поведения контролирующего должника лица в процессе) обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности (пункт 6 Постановления № 6-П).

Необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключению из ЕГРЮЛ при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном нарушении статьи

17

(часть 3) Конституции Российской Федерации - пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытках избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности.

В силу положений пункта 1 статьи

48

, пунктов 1 и

2

статьи

56

, пункта 1 статьи

87

Гражданского кодекса Российской Федерации законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи

1

, пункт 1 статьи

10

, статья

1064

Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 1 и 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи

53.1

Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Материалами дела подтверждается, что на момент исключения должника из ЕГРЮЛ участником ООО «Северный ветер» являлся ФИО2, владевшим 100% долей в уставном капитале указанного общества, также ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом ООО «Северный ветер».

Таким образом, ФИО2, являясь лицом, контролирующим деятельность общества, допустил фактическое прекращение ООО «Северный ветер» его хозяйственной деятельности, вместо возбуждения процедуры ликвидации либо банкротства общества, что в совокупности повлекло невозможность исполнения обязательств перед истцом, при том, что как на момент вступления в законную силу решения суда по делу № А33-18295/2019, так и на момент возникновения спорной задолженности обществом велась активная финансово-хозяйственная деятельность, что подтверждается выпиской по операциям на счете, соответственно, такие действия/бездействия ФИО2 являются недобросовестными, направленными на уклонение от погашения долга перед истцом.

Также материалами дела подтверждается и не оспорено ответчиком, что ООО «Лаки Пипл Групп» имело перед ООО «Северный ветер» задолженность в сумме 44 000 000 рублей.

На вопрос суда о том, почему ответчик допустил исключение ООО «Северный ветер» из ЕГРЮЛ при наличии указанной выше дебиторской задолженности, апеллянт пояснил, что указанная задолженность была расценена ООО «Северный ветер» как безнадежная к взысканию.

На вопрос суда ответчик также пояснил, что меры по взысканию названной задолженности по указанной выше причине обществом не предпринимались.

В рассматриваемом случае ФИО2 не предпринял каких-либо мер по погашению взысканной судом задолженности, не представил каких-либо пояснений относительно наличия объективных причин, препятствовавших неуплате указанных денежных средств, не дал надлежащих пояснений относительно ведения обществом хозяйственных операций.

Ссылка ответчика на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что при сохранении статуса действующего юридического лица у общества имелась бы возможность осуществить расчеты с истцом, признана апелляционной коллегией несостоятельной, поскольку, согласно бухгалтерской отчетности общества за 2018 год в активах ООО «Северный ветер» значилась «дебиторская задолженность» на сумму 44 251 000 рублей, в отсутствие доказательств того, что ответчик предпринимал какие-либо действия для взыскания имеющейся задолженности.

Кроме того, согласно указанной отчетности у ООО «Северный ветер» имелись «запасы» на сумму 10 748 000 рублей.

Довод ответчика о том, что в указанной строке отражена отгруженная продукция (ГСМ), так как каких-либо емкостей для хранения ГСМ у ООО «Северный ветер» не имелось, в связи с чем готовая продукция (ГСМ) не могла храниться у общества, обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку материалы дела соответствующих доказательств не содержат.

Кроме того, в опровержение позиции ответчика, из материалов дела следует, что в мае, июле, августе 2017 года обществом были выданы денежные средства в подотчет сотрудникам ООО «Северный ветер» в размере 288 840 рублей, однако, закрывающих документов, подтверждающих расходование выданных денежных средств, в материалы дела не представлено.

Довод ответчика об отсутствии указанных документов в связи с истечением срока хранения не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку, действуя осмотрительно, осознавая риски привлечения к субсидиарной ответственности по долгам общества, ФИО2 должен был хранить документы общества с целью обоснования разумности и добросовестности своих действий, а с учетом изложенных выше норм права, риски не совершения соответствующих действий лежат на лице, привлекаемом к субсидиарной ответственности.

Возражения апеллянта о том, что выдача в подотчет 288 840 рублей не могла негативно сказаться на финансовом состоянии ООО «Северный ветер» не свидетельствует о незаконном или необоснованном судебном акте, поскольку сумма выданных в подотчет денежных средств, не подтвержденных первичными закрывающими документами, составляет более 70% от размера взысканной решением по делу № А33-18295/2019 с общества задолженности.

Как верно указано судом первой инстанции, действуя добросовестно и разумно, ФИО2, осознавая последствия исключения общества из ЕГРЮЛ в административном порядке, должен был озаботиться погашением задолженности и принять все исчерпывающие меры для исполнения обязательства, кроме того, будучи директором ООО «Северный ветер» и одновременно единственным его участником, должен был предпринять действия для исполнения решения Арбитражного суда Красноярского края от 27.01.2020 по делу № А33-18295/2019.

При этом довод ответчика о том, что расчет с кредитором не был произведен в полном объеме из-за недобросовестных действий последнего (ООО «Терминал нефтепродукт») материалами дела не подтверждается.

Также суд считает необходимым отметить, что доказательства обнаружения какого-либо имущества, заведомо достаточного для удовлетворения требования кредитора и подлежащего распределению в рамках процедуры, предусмотренной пунктом 5.2 статьи

64

Гражданского кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлены (пункт 8 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.11.2025).

Так согласно представленному в материалы дела ответу Межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Красноярское» межрайонного регистрационно-экзаменационного отдела Госавтоинспекции от 03.09.2024 по состоянию на 16.09.2024 транспортные средства за ООО «Северный ветер» на регистрационном учете не состояли, регистрационные действия в период с 01.01.2019 по настоящее время не проводились (л.д. 11 т. 2).

Кроме того, судом первой инстанции определением от 24.04.2025 у общества с ограниченной ответственностью «Элемент Лизинг» истребовано лизинговое дело в отношении ООО «Северный ветер», согласно ответу на которое ООО «Элемент Лизинг» пояснило, что договоры финансовой аренды (лизинга) от 27.10.2016 № АХ_ЭЛ/Кря-67333/ДЛ и от 26.12.20216 № АХ_ЭЛ/Кря-68865/ДЛ, заключенные между ООО «Элемент Лизинг» (лизингодателем) и ООО «Северный ветер» (лизингополучателем), предметами которых являлось получение ООО «Северный ветер» во временное владение и пользование экскаватора Hyunday R330-LC-9S и автомобиля Hyunday VF (i40), расторгнуты в одностороннем порядке ООО «Элемент Лизинг» в связи с регулярным неисполнением ООО «Северный ветер» обязательств по оплате лизинговых платежей

При таком положении, когда возможность принудительного взыскания задолженности в ординарном порядке исчерпана, и отсутствует возможность реализации механизмов ее взыскания за счет активов недействующего юридического лица в рамках процедуры банкротства, кредитор не может быть лишен права требовать возмещения причиненного ему вреда посредством привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 7 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.11.2025).

Довод апеллянта о том, что в рассматриваемой ситуации отсутствуют основания для применения положений пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, введенного в действие 28.07.2017, поскольку задолженность ООО «Северный ветер» перед ООО «Терминал нефтепродукт» возникла с 06.05.2017, отклоняется арбитражным апелляционным судом как основанный на неправильном понимании норм материального права, поскольку долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота. При этом закон не ставит возможность удовлетворения иска к контролирующему лицу в зависимость от даты возникновения основного (неисполненного) обязательства.

Как разъяснено в пункте 9 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.11.2025, контролирующие лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица, в том числе, если задолженность перед кредитором возникла до вступления в силу пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

На основании изложенного, суд первой инстанции правоверно взыскал с ответчика в порядке субсидиарной ответственности 402 868 рублей.

Также истцом в связи с несвоевременной оплатой ответчиком спорной задолженности предъявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 07.10.2021 по 07.10.2024 в размере 141 238 рублей 53 копеек, а также процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического исполнения решения суда.

Согласно пункту 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.11.2025, наличие судебного акта, подтверждающего задолженность исключенного из ЕГРЮЛ юридического лица, не является обязательным условием для обращения кредитора с требованием о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Положения пункта 3 статьи

64.2

Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ не связывают возможность привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности с бесспорным характером требований кредитора и не обусловливают возможность предъявления иска наличием у кредитора вступившего в законную силу судебного акта.

Исключение юридического лица - должника из ЕГРЮЛ для кредиторов является обстоятельством, находящимся вне сферы их контроля, в связи с чем кредитор, не обратившийся в суд за принудительным взысканием долга и не имеющий такой возможности ввиду административной ликвидации должника, не может быть поставлен в положение худшее, чем кредитор, подтвердивший свой долг в суде.

Кредитор не должен претерпевать неблагоприятные имущественные последствия того, что он не смог помешать контролировавшим должника лицам прекратить деятельность, игнорируя обязанность произвести ликвидацию или инициировать процедуру банкротства, и уклониться тем самым от расчетов с ним. Непринятие кредитором мер против исключения юридического лица - должника из реестра не образует оснований для освобождения лица от ответственности (пункт 1 статьи

404

и пункт 2 статьи

1083

Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 11 статьи

61.11

Закона о банкротстве).

Кроме того, по смыслу статей

307

,

309

Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться добровольно, независимо от наличия судебного акта о принуждении к предоставлению задолженного. В свою очередь создание контролирующим лицом условий, при которых у подконтрольного ему юридического лица отсутствует возможность исполнения обязательства, не может быть противопоставлено в качестве возражения по иску о привлечении к субсидиарной ответственности.

Следовательно, если кредитор не обращался с иском к юридическому лицу до его исключения из ЕГРЮЛ, либо производство по делу было прекращено в связи с исключением юридического лица из реестра, доказательства наличия и размера задолженности могут быть представлены кредитором в рамках рассмотрения дела о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Как разъяснено в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи

395

Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в кодексе).

В случае ненадлежащего исполнения должником судебного решения, возлагающего на него обязанность по выполнению денежного обязательства, взыскатель с целью компенсации вызванных действиями должника финансовых потерь вправе использовать меры судебной защиты путем обращения с иском о взыскании с должника в соответствии со статьей

395

Гражданского кодекса Российской Федерации процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму неисполненного обязательства.

Решение Арбитражного суда Красноярского края от 27.01.2020 по делу № А33-18295/2019 подтверждает факт возникновения самостоятельного обязательства ответчика (доказательств исполнения которого материалы дела не содержат), что в свою очередь не относится к договорным обязательствам сторон, поскольку речь идет о неисполнение нового денежного обязательства - выплаты денежных сумм, присужденных решением суда. При этом с момента вступления в законную силу решения суда о взыскании задолженности спорная сумма является задолженностью ответчика перед истцом в силу такого решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи

395

Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

Согласно пункту 3 статьи

395

Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Принимая во внимание установленные обстоятельства по делу, требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 07.10.2021 по 07.10.2024 в размере 141 238 рублей 53 копеек обоснованно удовлетворено судом первой инстанции.

Расчет процентов повторно проверен судом апелляционной инстанции, признан верным.

В соответствии с пунктом 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи

395

Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору.

Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи

395

Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Руководствуясь изложенным, в отсутствие доказательств уплаты основного долга суд первой инстанции справедливо взыскал с ответчика в пользу истца проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму долга в размере 402 868 рублей, начиная с 04.06.2025, рассчитанные по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки.

В тоже время, учитывая, что в рамках дела № А33-18295/2019 не производилась индексация задолженности, то есть отсутствует судебный акт, подтверждающий произведение индексации, апелляционная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для индексации присужденных решением суда по делу № А33-18295/2019 денежных сумм.

Таким образом, проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные доказательства в порядке статьи

71

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что ООО «Северный ветер», подконтрольное ФИО2, располагая денежными средствами и объективно имея возможность направить их на погашение спорной задолженности, этого не сделало, при этом осуществляло хозяйственные операции со счетов юридического лица, учитывая, что ФИО2 в материалы дела не представлены доказательства того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота, он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед истцом, принимая во внимание, что основание возникновения и размер задолженности перед истцом подтвержден вступившим в законную силу судебным актом, исходя из того, что невозможность исполнения обязательств перед истцом обусловлена поведением ФИО2, доказательств, подтверждающих, что долг перед истцом погашен, в материалы дела не представлено, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о доказанности оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Северный ветер».

Изложенному корреспондирует правовая позиция, отраженная в Обзоре практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.11.2025.

Доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами суда, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Обжалуемое решение является законным и обоснованным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи

270

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей

110

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая результат рассмотрения настоящего спора, судебные расходы за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями

268

,

269

,

271

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 18 июня 2025 года по делу № А33-26879/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

И.Н. Бутина

Судьи:

В.С. Мантуров

Е.А. Шадчина