9 арбитражный апелляционный суд

99_47019214

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17

http://www.msk.arbitr.ru

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва Дело № А40-141055/25-99-885

02 апреля 2026 г.

Резолютивная часть решения объявлена 30 марта 2026года

Полный текст решения изготовлен 02 апреля 2026 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Зайнуллиной З.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лузевой

С.С., с использованием средств аудиозаписи

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ООО "ИНТЕГРАЦИЯ" (121596, Г.МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ

МОЖАЙСКИЙ, УЛ ГОРБУНОВА, Д. 2, СТР. 3, ПОМЕЩ. 23/3, ОГРН: 5147746378500,

Дата присвоения ОГРН: 20.11.2014, ИНН: 7731484889)

к ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 28 ПО Г. МОСКВЕ

(117149, Г.МОСКВА, УЛ. СИВАШСКАЯ, Д. 5, ОГРН: 1047728058311, Дата присвоения

ОГРН: 23.12.2004, ИНН: 7728124050)

Третьи лица - ИФНС РОССИИ №31 ПО Г. МОСКВЕ (121351, Г.МОСКВА, УЛ.

МОЛОДОГВАРДЕЙСКАЯ, Д. 32, ОГРН: 1047731038882, Дата присвоения ОГРН:

23.12.2004, ИНН: 7731154880)

о признании недействительным решения №01/14 от 27.02.2025 г. о привлечении к

ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии представителей: согласно протокола судебного заседания от 30.03.2026 г.

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2025 принято к

производству заявление ООО «ИНТЕГРАЦИЯ» (далее – Общество, заявитель) к

ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 28 ПО Г. МОСКВЕ (далее -

Инспекция) о признании недействительным решения № 01/14 от 27.02.2025 г. о

привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

1

2

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.08.2025 в удовлетворении

ходатайства ООО «ИНТЕГРАЦИЯ» о принятии обеспечительных мер отказано.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.09.2025 по делу № А40-

141055/25-99-885 завершено предварительное судебное заседание и назначено судебное

разбирательство.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.01.2026 к участию в деле в

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора,

привлечено ИФНС РОССИИ № 31 ПО Г. МОСКВЕ (121351, Г.МОСКВА, УЛ.

МОЛОДОГВАРДЕЙСКАЯ, Д. 32, ОГРН: 1047731038882, Дата присвоения ОГРН:

23.12.2004, ИНН: 7731154880).

В настоящем судебном заседании рассматривается заявление ООО

«ИНТЕГРАЦИЯ» к ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 28 ПО Г.

МОСКВЕ о признании недействительным решения № 01/14 от 27.02.2025 г. о

привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В судебное заседание представитель заявителя требования поддержал, просил

удовлетворить по доводам изложенном в заявлении и письменных пояснений,

представители Инспекции возражала в удовлетворении требований по доводам

изложенном в отзыве на исковое заявление.

Представитель налогоплательщика в ходе процесса заявил письменное ходатайство

о назначении экспертизы, указывает вопросы, ответы на которые, по мнению заявителя,

позволят реализовать право налогоплательщика на предоставление доказательств,

обеспечат условия для всестороннего и полного установления фактических обстоятельств

дела, вынесения обоснованного решения и полном соответствии с требованиями

процессуального законодательства.

Представители Инспекции возражают в удовлетворении ходатайства заявителя о

назначении экспертизы.

Выслушав представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения, возникающих при

рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд

назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц,

участвующих в деле.

Данная норма не носит императивного характера, а предусматривает рассмотрение

ходатайства и принятие судом решения о его удовлетворении либо отклонении. При этом

удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не

обязанностью суда.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве

доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного

характера и в силу ст. 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими

представленными доказательствами.

На основании ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним

из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Таким

образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя

разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные

познания, а, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной

экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Суд, оценив имеющиеся в деле доказательства, приходит к выводу об отсутствии

необходимости проведения экспертизы, поскольку имеющиеся в материалах дела

доказательства в своей совокупности достаточны для принятия законного и

обоснованного решения. Необходимости разрешения при рассмотрении настоящего дела

вопросов, для ответов на которые требуются специальные знания, судом не

усматривается. Учитывая изложенное, судом отклонено ходатайство о назначении

судебной экспертизы.

3

В ходе рассмотрения настоящего дела представитель Общества обратился с

заявлениями о фальсификации доказательств, а именно протоколов допросов свидетелей,

поскольку представитель заявителя полагает, что они составлены от имени должностных

лиц, не осуществляющих выездную налоговую проверку и дополнительные мероприятия

налогового контроля в отношении ООО «Интеграция», без поручений ИФНС России № 28

по г. Москве на их проведение. При этом изображения текстов данных протоколов

допросов свидетелей не содержат информацию о дате рождения, месте рождения, месте

жительства, данных паспорта, данных о гражданстве, данных о владении русским языком,

месте работы или учебы, контактном телефоне допрашиваемых лиц, а в ряде случаев

также не содержат информацию и ФИО допрашиваемых лиц, без подписей

допрашиваемых лиц и составителей протоколов, что не соответствует требованиям ст. 90

НК РФ, Приказа ФНС от 07.11.2018 № ММВ-7-2/628@, (ред. от 09.01.2023), которым

утверждена форма Протокола допроса свидетеля 0).

Судом в порядке ст. 161 АПК РФ была проведена проверка заявления о

фальсификации доказательств. По результатам проверки представителям сторон

разъяснено, что полученные в ходе проверки заявления Общества о фальсификации

доказательств дополнительные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ будут оценены

судом при принятии решения по делу, результат оценки отражен в судебном акте,

принятом по существу рассматриваемого дела.

Рассмотрев ходатайства Общества о фальсификации, суд не находит оснований для

его рассмотрения по правилам статьи 161 АПК РФ, поскольку в соответствии с

разъяснениями, изложенными в абзацах 2, 3 пункта 39 постановления Пленума

Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в

суде первой инстанции" в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления,

мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением

действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа

специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления

документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ

исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него

дополнительного текста).

В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам

названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о

несоответствии действительности фактов, изложенных в документе), на что указывает

апеллянт, заявляя о фальсификации.

Исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 АПК РФ не

подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении

документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с

наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические

обстоятельства.

Доводы Заявителя о том, что протоколы допросов свидетелей не отвечают

требованиям ст. 99 НК РФ, ввиду невозможности идентифицировать свидетелей,

подлежат отклонению ввиду того, что Инспекцией представлены протоколы допросов со

скрытыми персональными данными свидетелей по причине конфиденциальности

указанных данных в соответствии со ст. 7 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О

персональных данных".

Кроме того, при проведении допросов в рамках ст. 90 НК РФ сотрудниками

налогового органа соблюдены все требования законодательства. Свидетелям было

сообщено, в рамках каких обстоятельств они будут допрошены. При проведении допросов

свидетелям были разъяснены права, в том числе ст. 51 Конституции Российской

Федерации.

4

Оценив представленные по делу доказательства, заслушав мнение представителей

участвующих в деле лиц, суд считает заявленные требования не подлежащими

удовлетворению в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса

Российской Федерации (далее - АПК РФ), граждане, организации и иные лица вправе

обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными

ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов,

осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что

оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не

соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и

законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности,

незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для

осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ, при рассмотрении дел об оспаривании

ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов,

осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном

заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений,

оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону

или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа

или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые

действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение

и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере

предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно Конституции Российской Федерации, каждый обязан платить законно

установленные налоги и сборы (статья 57). Налоги устанавливаются законодателем в

соответствии с сущностью каждого из них и как элементы единой налоговой системы,

параметры и условия функционирования которой применительно к каждому

налогоплательщику определяются объективными закономерностями и требованиями,

включая экономическую обоснованность и недопустимость произвольного установления

налога.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации

расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты,

осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами

понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной

форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты,

подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством

Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они

произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно пункту 1 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации объектом

налогообложения налогом на добавленную стоимость признается реализация товаров

(работ, услуг) на территории Российской Федерации.

На основании статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации сумма налога,

подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как

уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 Кодекса, общая

сумма налога, исчисляемая в соответствии со статьей 166 Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации

налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в

соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые

вычеты.

Пунктом 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено,

что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при

приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории

5

Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на

территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее

юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления,

временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров,

перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в

отношении:

1) товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для

осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с

главой 21 Кодекса, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170

Кодекса;

2) товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации

налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании

счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком

товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую

уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные

территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату

сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в

случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 Налогового кодекса

Российской Федерации, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при

приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской

Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию

Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после

принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом

особенностей, предусмотренных статьей 172 Кодекса, и при наличии соответствующих

первичных документов.

Учитывая изложенное, бремя доказывания правомерности применения вычетов по

налогу на добавленную стоимость путем представления в налоговый орган установленных

законом документов лежит на налогоплательщике.

Обусловленная природой НДС стадийность взимания данного налога означает, что

использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным

предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного

хозяйствующего субъекта к другому (пункт 1 статьи 168 Налогового кодекса Российской

Федерации) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по

уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (пункт 1 статьи 173 Налогового кодекса

Российской Федерации).

Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если

процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением

корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной

форме, на что обращено внимание в Определении Конституционного Суда Российской

Федерации от 04.11.2004 N 324-О.

Таким образом, отказ в праве на вычет «входящего» налога обуславливается

фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или

(и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие

экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может

быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем

неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который

не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными

лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о

допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от

разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры

6

имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том

числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к

налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти

нарушения и (или) избежать наступления их последствий.

Следовательно, налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по

НДС правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям

достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции.

Статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»

предусмотрено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению

первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету

документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в

том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. При решении вопроса о

возможности учета тех или иных расходов для целей исчисления налога необходимо

исходить из того, подтверждают представленные налогоплательщиком документы,

произведенные им расходы или нет, то есть условием для включения понесенных затрат в

состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать

однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг)

фактически понесены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации

не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы

подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной

жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих

отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности

налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации при

отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса

Российской Федерации, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик

вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в

соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении

одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не

являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2)

обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора,

заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по

исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской

Федерации, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума от 12.10.2006 № 53 «Об

оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой

выгоды» (далее - Постановление № 53), представление налогоплательщиком в налоговый

орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных

законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является

основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения,

содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно пункту 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана

обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной

предпринимательской или иной экономической деятельности.

В пункте 5 Постановления № 53 разъяснено, что о необоснованности налоговой

выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового

органа о наличии, в частности, следующих обстоятельств:

- невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных

операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных

ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или

оказания услуг;

7

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей

экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического

персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений,

транспортных средств;

- учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые

непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида

деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций;

- совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть

произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В пункте 9 Постановления № 53 указано, что установление судом наличия

разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях

налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о

его намерениях получить экономический эффект в результате реальной

предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо

учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной

деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой

налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно

за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую

деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Согласно позиции, изложенной в постановлениях Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации от 09.03.2010 № 15574/09, от 25.05.2010 № 15658/09, от 20.04.2010

№ 18162/09, налогоплательщик имеет право на получение налоговой выгоды только при

условии реального исполнения определенной сделки.

При этом реальность хозяйственной операции определяется фактическим

исполнением договора, заявленным поставщиком (подрядчиком), то есть наличием

прямой связи вычетов с конкретным контрагентом.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда

Российской Федерации от 03.02.2015 по делу № 309-КГ14-2191, А07-4879/2013,

Определениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2011 №

ВАС-5734/11, от 29.07.2011 № ВАС-9231/11, от 20.10.2011 № ВАС-13465/11, от 10.02.2012

№ ВАС-1344/12.

Следовательно, налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по

налогу на добавленную стоимость, расходов по налогу на прибыль правомерны лишь при

наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих

реальные хозяйственные операции.

В соответствии с пунктом 2 статьи 110 Налогового кодекса Российской Федерации

налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его

совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия),

желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий

(бездействия).

Искажение сведений об операциях может быть произведено путем отражения в

учете фактов, не имевших место в действительности, а также путем ложного отражения

отдельных показателей операций, ведущих к уменьшению налоговой обязанности, или,

напротив, посредством сокрытия (неотражения) фактов и (или) занижения показателей

операций, в силу которых налоговая обязанность возникает, увеличивается или наступает

ранее.

Учитывая изложенное, налоговый орган, установив по результатам мероприятий

налогового контроля совокупность обстоятельств, указывающих на нарушение

налогоплательщиком нормативного запрета пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса

Российской Федерации или несоблюдение одного из условий пункта 2 статьи 54.1

Налогового кодекса Российской Федерации, вправе отказать в налоговых вычетах по НДС

и расходах по налогу на прибыль.

8

Бремя доказывания размера документально не подтвержденных операций с лицом,

осуществившим фактическое исполнение по сделке, лежит на налогоплательщике.

Налогоплательщиком в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23,

статьи 54 Налогового кодекса Российской Федерации должны быть представлены

сведения и документы, позволяющие установить указанное лицо и параметры спорной

операции.

Учитывая изложенное, а также правила части 1 статьи 65, части 5 статьи 200

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о распределении бремени

доказывания, соответствующие обстоятельства, послужившие основанием для принятия

налоговым органом оспариваемого акта, должны быть подтверждены доказательствами,

представленными этим органом.

Доказательства, представленные как налоговым органом, так и

налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно

требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и

оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что Инспекцией совместно с сотрудниками 19 отдела

Управления «Ф» ГУЭБиПК МВД России проведена выездная налоговая проверка в

отношении заявителя по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты

(удержания, перечисления) всех налогов и сборов за период с 01.01.2019 по 31.12.2021,

включая НДС за период с 01.01.2022 по 30.09.2022.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки

Инспекцией вынесено решение от 27.02.2025 № 01/14 о привлечении к ответственности за

совершение налогового правонарушения, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ в

виде штрафа в размере 48 381 857 руб., в соответствии с которым доначислен НДС,

НДФЛ и страховые взносы в размере 440 091 545 руб. (том 7 л.д. 20-150, том 8 л.д. 1-150,

том 9 л.д. 1-150, том 10 л.д. 1-31).

Основанием для доначисления НДС послужили выводы Инспекции о

несоблюдении заявителем условий статьи 54.1, статьи 169, пункта 2 статьи 171, пункта 1

статьи 172 НК РФ при заключении сделок заявителя с сомнительными контрагентами:

ООО «Стафф Менеджмент Групп» (ООО «СМГ»), ООО «Эквам», ООО «ГК Хелп

Ресурс», ООО «Сберперсонал», ООО «Дорстройпроект», ООО «Триумф», ООО «Вега»,

ООО «Калипсо», ООО «Фул Тайм» (ООО «ФТ»), ООО «Авангард», ООО «Хелпер», ООО

«Хелп Ресурс Регион», ООО «Акватория», ООО «Созвездие», ООО «Ворки Тайм», ИП

Гришин С.В., ООО «Персонал Плюс» (далее – сомнительные, спорные контрагенты).

Основанием доначисления НДФЛ и страховых взносов послужили выводы

Инспекции о несоблюдении заявителем условий статьи 54.1, статей 209, 223, 224, 226,

420, 421, 432 НК РФ и применении в целях получения налоговой экономии незаконных

методов налоговой оптимизации, и, как следствие, не исчисление страховых взносов и

налога на доходы физических лиц.

Общество обратилось с апелляционной жалобой в УФНС России по г. Москве, в

которой выражало несогласие с выводами налогового органа.

Вместе с тем, решением УФНС России по г. Москве № 7700–2025/003337/И от

21.05.2025 жалоба оставлена без удовлетворения (том 10 л.д. 34-52).

Общество, не согласившись с вынесенным в отношении него решением,

обратилось в Арбитражный суд города Москвы с настоящим заявлением.

Суд, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходит из следующего.

Общество в заявлении выражает несогласие с выводом Инспекции о нарушении

заявителем положений ст. 54.1 НК РФ и указывает на ошибочность оценки его

взаимоотношений со спорными контрагентами. По мнению Общества, выбор спорных

контрагентов в целях реализации услуг являлся оправданным с экономической точки

зрения, а заключенные с ними договоры не вызывают сомнения в их реальности, так как

9

оказание аутсорсинговых услуг подтверждают в допросах работники организаций,

оказанные услуги подтверждены документально, а доводы о подконтрольности

сомнительных контрагентов необоснованны.

Также заявитель указывает на нарушение налоговым органом существенных

условий процедуры проведения выездной налоговой проверки.

Как следует из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности Общества является

консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (ОКВЭД 70.22).

В проверяемом периоде Общество оказывало услуги по предоставлению труда

работников (персонала) для оказания услуг по выкладке товара на торговых объектах,

выполнения погрузо-разгрузочных работ, услуг по комплектовке товара, услуг по

доставке товара, услуг по уборке помещений, а также для выполнения иных услуг/работ

на объектах таких заказчиков как ООО «Беко», ООО «Вкусвилл», ООО «Агро-Инвест»,

АО «Сахарный комбинат отраднинский», АО «НПК Катрен», АО «Московский винно-

коньячный завод» и других.

Во исполнение обязательств по договорам с вышеуказанными заказчиками

Обществом привлечены контрагенты ООО «Стафф Менеджмент Групп» (ООО «СМГ»),

ООО «Эквам», ООО «ГК Хелп Ресурс», ООО «Сберперсонал», ООО «Дорстройпроект»,

ООО «Триумф», ООО «Вега», ООО «Калипсо», ООО «Фул Тайм» (ООО «ФТ»), ООО

«Авангард», ООО «Хелпер», ООО «Хелп Ресурс Регион», 00 «Акватория», ООО

«Созвездие», ООО «Ворки Тайм», ИП Гришин СВ., ООО «Персонал Плюс».

В ходе анализа представленных Обществом документов (информации),

отражающих его взаимоотношения со спорными контрагентами, а также по результатам

проведенных мероприятий налогового контроля установлена нереальность исполнения

сделок указанными сторонами.

Так, сделан вывод о подконтрольности между спорными контрагентами, а также

непосредственно между ними и Обществом:

- Общество и сомнительные контрагенты имеют одних и тех же представителей, а

именно Прусенко И.Н., Горковенко В.А., Доровская М.Н., Яковлев А.А., Папазотас Э.К.,

Петров В.А., Шебанов А.В., Антонов В.А., Кулаковская Н.А.; (том 35 л.д. 115-119);

- установлена финансовая подконтрольность (большинство денежных средств на

счета спорных контрагентов поступали от Общества (например, ООО «Калипсо» 84,36%,

ООО Хелп Ресурс Регион» 88,68%, ООО «ГК Хелп Ресурс» 89,37%, ООО «Фул Тайм»

63,44%). Денежные средства перечисляются со счета одного спорного контрагента в адрес

другого спорного контрагента (том 23 л.д. 7 DVD-диск, том 35 л.д. 117 DVD-диск);

- ip-адреса между сомнительными контрагентами, между Обществом и

сомнительными контрагентами совпадают. Более того, операторы связи в ходе

мероприятий налогового контроля сообщили о том, что владельцем ip-адресов являлось

ООО «Интеграция», а договорные отношения с сомнительными контрагентами об

использовании ip-адресов не заключались, что свидетельствует о едином центре

управления данных организаций с целью минимизации налогов к уплате в бюджет и

вывода денежных средств из оборота организации выгодоприобретателя ООО

«Интеграция» (ответы ООО «Вест Колл ЛТД», ООО «Диджитал нетворк»);

- согласно ответу ООО «Версия» с 07.07.2022 и по настоящее время владельцем ip-

адреса 89.107.125.58 является организация ООО «Эйчар», генеральным директором

которой является Прусенко И.Н. Также организация ООО «Версия» сообщила, что с ООО

«Персонал Плюс», ООО «ФТ», ООО «Интеграция», ООО «ГК Хелп Ресурс», ООО

«Сберперсонал», ООО «ВТ» договорные отношения об использовании вышеуказанного

ip-адреса не заключались. Прусенко И.Н. является генеральным директором ООО

«Интеграции» и подконтрольных организаций ООО «ГК Хелп Ресурс». ООО «Хелп

Ресурс» (том 23 л.д. 7 DVD-диск, том 27 л.д. 106-113, 142-149).

- установлено совпадение адреса электронной почты;

10

- ИП Фролов С.А. оказывал бухгалтерские услуги одновременно Обществу и

спорным контрагентам (том 23 л.д. 7 DVD-диск, том 35 л.д. 117 DVD-диск);

- установлено пересечение руководителей ООО «Интеграция» и ООО «ГК Хелп

Ресурс»; ООО «Калипсо», ООО «Стафф Менеджмент Групп» (ООО «СМГ»), ООО

«Сберперсонал» и ООО «Фул Тайм» (ООО «ФТ»); генеральные директора: ООО «Вега» -

Овечкина М.А., ООО «ГК Хелп Ресурс» - Можаева Н.С и ИП Гришин СВ. одновременно

осуществляли трудовую деятельность в ООО «Интеграция» и в спорных организациях.

Так, например, Овечкина М.А работала в организации ООО «Интеграция», а Можаева

Н.С. осуществляла трудовую деятельность в ООО «Интеграция», ООО «Калипсо», ООО

«Акватория», ООО «Персонал Плюс», ООО «СМГ». Гришин СВ. работал в ООО

«Интеграция» (том 27 л.д. 62-150, том 35 л.д. 117 DVD-диск)

- установлено пересечение сотрудников (одновременно в ООО «Интеграция» и

ООО «Стаф Менеджмент Групп» в 2021 году работало 309 человек, в 2022 году 22

человека; в ООО «Калипсо» в 2021 году работало 219 человек, в 2022 году 118 человек; в

ООО «Хелпер» в 2022 году работало 64 человека) (том 35 л.д. 117 DVD-диск);

- из материалов налоговой проверки следует, что Обществом со спорными

контрагентами заключены типовые договоры, стилистическая форма которых идентична

по содержанию.

Согласно проведенному в ходе проверки анализу банковских выписок ООО

«Интеграция» и спорных контрагентов (том 23 л.д. 7 DVD-диск, том 35 л.д. 117 DVD-

диск) установлено снятие денежных средств по чекам или через банкоматы. Кроме того,

установлено, что спорные контрагенты перечисляли денежные средства на счета

физических лиц, которые не являлись сотрудниками компаний, также перечисляли

денежные средства на счета индивидуальных предпринимателей, которые являются

взаимозависимыми и подконтрольными ООО «Интеграция».

Установлено пересечение сотрудников спорных контрагентов и проверяемого

налогоплательщика, при этом, в ходе проведенных допросов физические лица заявляют,

что работали только в организации ООО «Интеграция», в спорных организациях не

работали.

Как следует из решения, по взаимоотношениям с сомнительными контрагентами

Общество не представило список физических лиц, привлеченных для оказания спорных

услуг.

При этом, согласно анализу банковских выписок Общества и сомнительных

контрагентов, установлено перечисление денежных средств в адрес физических лиц.

В ходе мероприятий налогового контроля заказчики представили документы и

информацию о реальных исполнителях спорных работ, услуг, согласно которым в

основном услуги оказаны физическими лицами, не состоявшими ни в штате заявителя, ни

в штате сомнительных контрагентов.

В ходе допросов сотрудников ООО «Интеграция» и сомнительных контрагентов

установлено, что часть сотрудников не являлись сотрудниками Общества, часть

сотрудников показали, что не являлись сотрудниками сомнительных контрагентов, часть

сотрудников подтвердили работу в штате Общества; часть сотрудников не знают спорных

контрагентов и никогда не осуществляли трудовую деятельность на объектах заказчиков;

часть сотрудников напрямую устраивалась на объекты заказчиков и именно заказчики

оформляли с ними трудовой договор; часть сотрудников была трудоустроена в

организацию ООО «Интеграция» и осуществляла трудовую деятельность от лица этой

компании.

Например. Курашина A.M. (том 18 л.д. 36-41), Петров А.Б. (том 23 л.д. 29-32),

Агамырадов Б. (том 16л, л.д 2-56), Александров А.В. (том 16 л.д. 61), Андриюк Н.И. (том

16 л.д. 68-72), Маковецкий А.И. (том 18 л.д. 81) сотрудниками Заявителя не являлись;

Мешкова А.П. (том 18 л.д. 114-117) работала менеджером по подбору персонала;

Насирова К.С. (том 18 л.д. 147-150), Петров А.В. (том 23 л.д. 33-36) работали

11

комплектовщиками склада; Нигматуллин А.Ю. (том 23 л.д. 16-19) занимался

изготовлением и упаковкой пластиковых изделий; Абраменко Ю.С. (том 16 л.д. 45-47)

упаковывала посылки; Андреев Н.Н. работал монолитчиком-монтажником.

Кроме того, в ходе проведения налоговой проверки установлено, что спорными

контрагентами привлекаются индивидуальные предприниматели, не имеющие

необходимые трудовые ресурсы в целях оказания услуг последующим заказчикам.

Вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о взаимозависимости и

подконтрольности организаций, согласованности их действий, возможности оказывать

влияние на деятельность друг друга и получаемый финансовый результат, с целью

получения дохода преимущественно за счет налоговой экономии при отсутствии

намерения осуществлять реальную хозяйственную деятельность.

В ходе проверки также установлены обстоятельства, опровергающие исполнение

договорных обязательств со стороны спорных контрагентов:

-руководители и учредители ООО «Хелп Ресурс Регион» Альметов Э.Т. (том 37 л.д.

4-10), ООО «Эквам» Гатауллина Г.А. (том 37 л.д. 11) в ходе допросов сообщили о том, что

руководителями и учредителями данных организаций никогда не являлись, какая-либо

информация про данные организации им неизвестна, документы (декларации) от имени

компаний не подписывали;

-Гиниятуллин Т.Ш. (том 17 л.д. 42-43) в ходе допроса заявил, что учредителем и

генеральным директором ООО «Дорстройпроект» он является, однако он заявил, что

организация занималась проектированием и монтажом слаботочных систем и так же он

знает только двух своих покупателей (ООО «Компас Нева» и ООО «Группа 2020»);

- отсутствие у спорных контрагентов материальных ресурсов;

- из анализа операций по расчетным счетам спорных контрагентов следует

транзитный характер движения денежных средств, отсутствие платежей на цели

обеспечения ведения финансово-хозяйственной деятельности;

- исключение части спорных контрагентов из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений

о недостоверности;

- наличие в ЕГРЮЛ записей о недостоверности сведений в отношении адреса

регистрации, руководителей части спорных контрагентов;

- при сопоставлении данных о движении денежных средств по расчетным счетам с

данными налоговой отчетности спорных контрагентов установлено несоответствие

оборотов денежных средств по расчетным счетам сведениям, отраженным в книгах

покупок и книгах продаж спорных контрагентов;

- установлены расхождения в товарных и денежных потоках (отсутствие расчетов с

контрагентами, отраженными в налоговой отчетности). При этом сведения об

использовании сторонами иных форм расчетов Инспекцией не установлены. Действия по

взысканию задолженности со спорных контрагентов со стороны их поставщиков, в том

числе в судебном порядке, не осуществлялись;

- отсутствие полного сформированного источника для применения налоговых

вычетов по НДС.

Проведенный анализ налоговой отчетности спорных контрагентов свидетельствует

о том, что контрагенты отражали обороты, не соответствующие фактической выручке,

поступившей на их расчетные счета, налоги спорными контрагентами исчислялись в

минимальных размерах, доля вычетов по НДС и расходов составляет более 90%;

Следовательно, Обществом заявлены вычеты по НДС в проверяемом периоде по

сомнительным контрагентам, которые в свою очередь заявляли налоговые вычеты с

техническими компаниями и фирмами-однодневками, не имеющими материальных,

технических и трудовых ресурсов. В итоге путем отражения мнимых операций

установлены наличие расхождений вида «разрыв» (не отражение операций по

реализации), а также случаи предоставления деклараций с «нулевыми» показателями и

факты непредставления деклараций.

12

Фактически спорные контрагенты аккумулировали на себе трудовые ресурсы,

используемые ООО «Интеграция» в рамках договорных отношений с заказчиками,

формируя при этом фиктивные налоговые вычеты в целях неуплаты НДС в бюджет в

интересах ООО «Интеграция».

При таких обстоятельствах ООО «Интеграция» встроило сомнительных

контрагентов в цепочку финансово-хозяйственных отношений, что позволило

налогоплательщику не уплачивать НДФЛ и страховые взносы, а также формально создать

объект налогообложением НДС.

Схема реальных финансово-хозяйственных отношений, совпадающая с движением

денежных средств, свидетельствует о том, что у группы компаний в целом отсутствуют

вычеты по НДС по операциям, связанным с оказанием услуг по привлечению персонала,

при наличии реализации услуг исключительно с НДС, что должно было сформировать

соответствующую сумму НДС к уплате в бюджет.

Цепочка заявленных финансово-хозяйственных отношений со спорными

контрагентами свидетельствует о фиктивности взаимоотношений в результате

формирования подконтрольными организациями расхождений вида «разрыв», наличия

задекларированных спорными контрагентами отношений с контрагентами по цепочке

(отражения счетов-фактур в книгах покупок) при отсутствие финансовых перечислений,

сопутствующих реализации товаров (работ, услуг), о чем в силу подконтрольности

указанных организаций представители ООО «Интеграция» были осведомлены.

В отношении применении правил о налоговой реконструкции судом установлено

следующее.

В соответствии с правовой позицией, указанной в пункте 39 Обзора судебной

практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021), утв. Президиумом

Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, налогоплательщик, использующий

формальный документооборот с участием компаний, заведомо не ведущих реальной

экономической деятельности ("технических" компаний), вправе учесть фактически

понесенные расходы при исчислении налога на прибыль в случае предоставления им

(наличия у налогового органа) сведений и документов, позволяющих вывести фактически

совершенные хозяйственные операции из не облагаемого налогами оборота. Расчетный

способ определения суммы налога в указанных случаях не применяется. В пункте 20

Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2022) отмечено,

что учесть расходы на приобретение товаров (работ, услуг) и налоговые вычеты по НДС

налогоплательщик вправе только в той части, в какой налоги были перечислены лицом,

осуществившим фактическое исполнение по сделке.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской

Федерации неоднократно разъясняла (Определение от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981 по

делу N А76-46624/2019, п. 39 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской

Федерации N 3 (2021)" (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской

Федерации 10.11.2021), Обзор практики применения арбитражными судами положений

законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой

выгоды, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации

13.12.2023), что согласно подп. 2 п. 2 ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации

одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по

соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с

налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства

переведена (возложена) в силу договора или закона.

Бремя доказывания размера документально не подтвержденных операций с лицом,

осуществившим фактическое исполнение по сделке, лежит на налогоплательщике.

Налогоплательщиком в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23,

статьи 54 НК РФ должны быть представлены сведения и документы, позволяющие

установить указанное лицо и параметры спорной операции. Таким образом, налоговый

13

орган может определить действительные налоговые обязательства по указанным спорным

операциям на основании обстоятельств, которые подлежат установлению с учетом

сведений, документов, представленных налогоплательщиком, а также данных,

полученных в рамках мероприятий налогового контроля и истребования документов

(информации) о конкретных сделках от поставщика (подрядчика, исполнителя),

осуществившего фактическое исполнение по сделке.

Доказательств того, что по имевшимся в распоряжении налогового органа

документам было возможно определить иной действительный размер налоговых

обязательств, в дело не представлено.

Обществом не представлены документы, а также информация, раскрывающие

сведения о реальных исполнителях, осуществлявших спорные операции и о параметрах,

совершенной с ними сделки.

Кроме того, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда

Российской Федерации , в Определении № 307-ЭС25-11805 от 31 марта 2026 г. указала на

следующее.

Суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками в бюджетную систему

Российской Федерации, могут определяться расчетным путем (подпункт 7 пункта 1 статьи

31 НК РФ) в целях применения налоговой реконструкции, если не ставится под сомнение

как таковая возможность уменьшения налоговой базы на заявленные налогоплательщиком

затраты (пункт 3 статьи 541 НК РФ).

Вместе с тем именно подлинность экономического содержания операции и

реальность исполнения по сделке, а не данные формального документооборота лежат в

основе определения действительной налоговой обязанности.

Исходя из этого, возможность применения налоговой реконструкции определяется

не формальными, а материальными условиями – установлением по результатам налоговой

проверки (в том числе при содействии самого налогоплательщика, раскрывшего

недостающие сведения и документы) лица, которое фактически производило исполнение

по сделке, таким образом, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции

из «теневого» (не облагаемого налогами) оборота, осуществить их полное

налогообложение.

Данная позиция подтверждена в Обзоре практики применения арбитражными

судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой

обоснованности налоговой выгоды (пункты 5 и 6), утвержденном Президиумом

Верховного Суда Российской Федерации 13 декабря 2023 г.

Таким образом, налоговая реконструкция обязательств по налогу на прибыль

организаций при умышленном взаимодействии недобросовестного налогоплательщика с

контрагентами, привлеченными лишь для вида, но в действительности не исполнявшими

спорное обязательство (операцию), допустима при установлении фактического

исполнителя по сделке и реальных параметров исполнения.

Легализация затрат налогоплательщика в виде денежных средств, перечисленных

«техническим» компаниям на основании недостоверных (фиктивных) первичных

документов, путем применения расчетного способа определения налога не допускается.

Заключение специалиста, представленное лицом, участвующим в деле, является

элементом позиции данного лица, подлежит оценке наряду с другими доказательствами

по делу и не имеет для суда заранее установленной силы.

Кроме того, заключение специалиста не является экспертным заключением,

назначенным в соответствии с действующим законодательством, а является субъективным

мнением частных лиц.

При этом предполагаемая экономическая оправданность некоторых расходов,

доказанность которых в деле отсутствует, не может влиять на исчисление налога на

прибыль организаций.

14

С учетом основополагающих принципов равноправия сторон и состязательности

участников арбитражного процесса, установленных статьями 8 и 9 Арбитражного

процессуального кодекса Российской Федерации, а также установленного

законодательством о налогах и сборах распределения прав налогоплательщиков и

обязанностей налоговых органов, по общему правилу на налоговом органе лежит бремя

доказывания вменяемого дополнительного дохода, величины налоговой базы, а на

налогоплательщике – бремя доказывания факта и размера расходов, вычетов, льгот.

В данном случае при расчете обязательств общества налоговый орган учел все

допустимые расходы соответствующих контрагентов, относящиеся к деятельности

общества в спорный период, документы по которым были представлены.

Доказательств того, что по имевшимся в распоряжении налогового органа

документам было возможно определить иной действительный размер налоговых

обязательств, в дело не представлено.

В этой связи, основания для определения иного размера налоговых обязательств,

чем установленные в оспариваемом решении, у налогового органа отсутствовали и

отсутствуют.

Указанная позиция подтверждается судебной практикой, например,

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.12.2022 N А40-71193/2022

отказано в удовлетворении кассационной жалобы, поскольку суды правомерно не нашли

условий для проведения "налоговой реконструкции" хозяйственных операций при

применении ст. 54.1 НК РФ, установив, что материалы дела не содержат доказательств

содействия налогоплательщика в рамках налоговой проверки установлению лица,

осуществившего фактическое исполнение по сделкам, а также установив, что формальный

документооборот с участием заявителя и спорных контрагентов организован самим

налогоплательщиком.

Аналогичная позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Московского

округа от 22.06.2022 N Ф05-12989/2022 по делу N А40-39408/2020 (Определением

Верховного Суда РФ от 08.09.2022 N 305-ЭС22-16824 отказано в передаче дела N

А4039408/2020 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для

пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

В отношении данных доводов заявителя о том, что Общества не может нести

ответственность за действия третьих лиц, следует отметить, что с учетом природы НДС

как косвенного налога, стадийность взимания данного налога означает, что использование

права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением

налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к

другому (пункт 1 статьи 168 Кодекса) и принятием в связи с этим каждым из участников

оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (пункт 1 статьи 173

Кодекса). Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если

процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением

корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной

форме.

Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда

Российской Федерации (далее - КС РФ) от 04.11.2004 N 324-О, а также Определении

Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от

14.05.2020 N 307-ЭС19-27597.

Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской

Федерации (постановления от 28.03.2020 N 5-П, от 20.02.2001 N 3-П, от 03.06.2014 N 17-N

и др.) и в практике Верховного Суда Российской Федерации (определения Судебной

коллегии по экономическим спорам от 03.10.2017 N 305-КГ17-4111, от 13.09.2018 N 309-

КГ18-7790, от 25.01.2021 N 309-ЭС20-17277, от 13.05.2021 N 308-ЭС21-364 и др.), по

своей экономико-правовой природе НДС является косвенным налогом на потребление

товаров (работ, услуг), взимаемым на каждой стадии их производства и реализации

15

субъектами хозяйственного оборота до передачи потребителю, исходя из стоимости

(цены), добавленной на каждой из указанных стадий, и перелагаемым на потребителей в

цене реализуемых им товаров, работ и услуг.

В процессе производства и коммерческой реализации товаров (работ, услуг)

расходы поставщика по уплате налога в бюджет фактически перекладываются на

покупателя, который, осуществляя, в свою очередь, реализацию полученного товара как

поставщик, также получает компенсацию, но уже от последующего покупателя. Цепь

переложения налога завершается тогда, когда имеет место реализация товаров (работ,

услуг) их потребителю, который и несет фактическое налоговое бремя НДС. С этой целью

законодателем предусмотрен механизм определения суммы налога к уплате с учетом

налоговых вычетов (суммы налога, перечисленной налогоплательщиком своим

поставщикам товаров (работ, услуг), которые в соответствии с пунктом 2 статьи 171 НК

РФ уменьшают его налоговую базу по НДС.

Исходя из указанных положений, вычет налогоплательщиком-покупателем сумм

НДС, предъявленных ему контрагентами при приобретении товаров (работ, услуг), не

является факультативным элементом налогообложения. Право покупателя на вычет

"входящего" налога обусловлено правовой природой НДС как налога на потребление, в

связи с чем, вопрос о предоставлении вычета не может решаться произвольно.

В частности, согласно неоднократно высказанной Конституционным Судом

Российской Федерации правовой позиции (пункт 2.2 постановления N 41-П, определения

N 2561-О от 10.11.2016, N 3054-О от 26.11.2018 и др.), право налогоплательщика на

налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными

контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей

обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и

поведением третьих лиц. Иное, вопреки конституционному принципу равенства (статья 19

Конституции Российской Федерации) и связанному с ним принципу поддержания доверия

граждан к закону и действиям государства, могло бы лишить налогоплательщиков

предсказуемости последствий исполнения ими закона.

Из системного анализа положений статей 169, 171, 172 НК РФ следует, что право

налогоплательщика на налоговые вычеты обусловлено приобретением им товаров (работ,

услуг), используемых для осуществления деятельности, являющейся объектом

налогообложения НДС, принятием данных товаров (работ, услуг) на учет, наличием

счетов-фактур и соответствующих первичных документов, достоверно подтверждающих

факт совершения хозяйственной операции. При этом наличие счета-фактуры является

обязательным, но не единственным условием предоставления налоговых вычетов по НДС.

Документы, представляемые налогоплательщиком в обоснование права на

налоговые вычеты, должны содержать достоверные данные относительно совершенных

хозяйственных операций и лиц, совершивших такие операции.

В пункте 3 Обзора практики применения арбитражными судами положений

законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой

выгоды, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 13.12.2023 (далее - Обзор),

указано, что наличие у налогоплательщика счетов-фактур и иных первичных учетных

документов не является безусловным подтверждением его права на вычет сумм НДС и на

учет расходов, если представленные документы в своей совокупности не подтверждают

реальность хозяйственных операций.

Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не

осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение

необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм

налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности

не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (пункт 4 Обзора).

Право на вычет сумм НДС организаций могут быть реализованы

налогоплательщиком, представившим документы, которые позволяют установить лицо,

16

осуществившее фактическое исполнение по сделке, поскольку обязанность подтвердить

указанные права лежит на налогоплательщике (пункт 5 Обзора).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской

Федерации, указанной в определениях от 08.04.2004 N 169-О и от 04.11.2004 N 324-О,

оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им

сделок на предмет их действительности. Заключенные сделки должны не только

формально соответствовать законодательству, но и не вступать в противоречие с общим

запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от

15.02.2005 N 93-О обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых

вычетов лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку

именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога

на добавленную стоимость, подлежащей уплате в бюджет, вычетов сумм налога,

начисленных поставщиком.

Формальное представление документов, предусмотренных налоговым

законодательством, не является достаточным основанием для применения вычета по НДС

без надлежащей проверки достоверности содержащихся в них сведений.

Таким образом, по смыслу действующего законодательства документы,

представляемые в государственные органы физическими и юридическими лицами с целью

подтверждения соответствующего права должны содержать достоверную информацию.

Только при соблюдении требований статьи 54.1 НК РФ и соответствующих

положений части II НК РФ налогоплательщик вправе претендовать на получение

налогового вычета при исчислении налога и соответствующих расходов, и указанное

право возникает у налогоплательщика только в случае соблюдения установленных

законом требований, как в отношении формы, так и содержании представленных

налогоплательщиком документов.

Заявляя о своем праве на налоговые вычеты, налогоплательщик несет

корреспондирующую этому праву обязанность представления налоговому органу

достоверных сведений.

Поскольку в рамках налоговой проверки Инспекцией были установлены

обстоятельства, позволяющие усомниться в добросовестности Заявителя как

налогоплательщика, то бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих реальность

совершенных сделок, опосредующих право налогоплательщика на получение налоговой

выгоды, переносится на Заявителя. Именно он должен обосновать свое право на

налоговую выгоду, представив доказательства, безусловно свидетельствующие о

реальности сделок с его контрагентами, устраняющие противоречия в доказательствах,

представленных Инспекцией.

Сам факт наличия первичных документов без подтверждения факта реальности

хозяйственных операций не предоставляет налогоплательщику права на получение

налоговых вычетов по НДС и учета соответствующих расходов.

Согласно ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком

налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения

сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах

налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо

налоговой отчетности налогоплательщика (п. 1).

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по

имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую

базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами

соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно

следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная

уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

17

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной

договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по

исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В соответствии с правовым подходом, сформулированным в Постановлении

Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 налоговая выгода может быть признана

необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены

операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены

операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями

делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена

налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или

иной экономической деятельности.

Сам факт реальности результатов работ не подтверждает реальности деятельности

спорных контрагентов и законности получения налоговой выгоды по недостоверным

документам таких контрагентов. Недостоверные документы не могут являться

основанием для получения налоговой выгоды.

Реализация работ (услуг, товаров) конечному заказчику (покупателю) не

свидетельствуют о возникновении у налогоплательщика права на налоговый вычет при

отсутствии доказательств, содержащих достоверные сведения относительно реальных

операций с контрагентом (Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда

от 11.07.2023 N 08АП-5586/2023, 08АП-5351/2023 по делу N А70-14710/2022).

Отражение приобретения товаров на счетах бухгалтерского учета само по себе не

свидетельствует о реальности хозяйственных операций (Постановление Семнадцатого

арбитражного апелляционного суда от 09.02.2023 N 17АП-105/2023-АК по делу N А50П-

437/2022).

При установленных налоговым органом обстоятельствах отсутствуют правовые

основания для признания доводов Заявителя, отраженных в заявлении, обоснованными.

В отношении установленных нарушений по неуплате ООО «Интеграция» в бюджет

НДФЛ и страховых взносов суд сообщает следующее.

В соответствии с п. 1 ст. 230 НК РФ налоговые агенты ведут учет доходов,

полученных от них физическими лицами в налоговом периоде, предоставленных

физическим лицам налоговых вычетов, исчисленных и удержанных налогов в регистрах

налогового учета.

Согласно положениям ст. 226 НК РФ российские организации, от которых или в

результате отношений, с которыми налогоплательщик получил доходы, обязаны

исчислить, удержать у налогоплательщика и перечислить сумму налога, исчисленную в

соответствии со ст. 224 НК РФ в соответствующий бюджет. Исчисление сумм, удержание

и перечисление в бюджет налога на доходы физических лиц производится в отношении

всех доходов налогоплательщика, источником которых является налоговый агент, в

соответствии с законодательством по налогам и сборам.

На основании п. 4 ст. 226 НК РФ налоговые агенты обязаны удержать исчисленную

сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической

выплате.

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 419 НК РФ организации, производящие выплаты и иные

вознаграждения физическим лицам, являющиеся страхователями в соответствии с

федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования,

являются плательщиками страховых взносов.

Положениями ст. 420 Кодекса определены объекты обложения страховыми

взносами для плательщиков, в том числе: выплаты и иные вознаграждения по трудовым

договорам (контрактам) и по гражданско-правовым договорам, предметом которых

являются выполнение работ, оказание услуг в пользу физических лиц.

18

База для исчисления страховых взносов для организации, плательщиков страховых

взносов, исчисляется в соответствии с положениями ст. 421 Кодекса.

В проверяемом периоде Общество в целях налогообложения учитывало операции

по взаимоотношениям с сомнительными контрагентами, которые как указывает Общество

в заявлении, являлись подрядными компаниями в сфере аутсорсинга.

По мнению Общества, услуги в данной сфере в действительности были оказаны

работниками компаниями-контрагентами, а претензии налогового органа носят

необоснованный характер, так как произведенный объем реализации услуг без

привлечения сторонних контрагентов осуществить и реализовать невозможно.

Как следует из решения Инспекции, по взаимоотношениям с сомнительными

контрагентами Общество не представило список физических лиц, привлеченных для

оказания спорных услуг. При этом, в ходе проведения мероприятий налогового контроля

установлено перечисление денежных средств в адрес различных физических лиц.

Материалами дела подтверждено, что денежные средства через счета спорных

контрагентов выплачивались физическим лицам фактически оказывающей услуги на

объектах заказчиков ООО «Интеграция» и действующих в интересах проверяемого

налогоплательщика, тем самым ООО «Интеграция» уходило от исполнения обязанности

налогового агента по удержанию НДФЛ и исчисления страховых взносов, что

свидетельствует о необоснованной минимизации налогов и сборов, подлежащих уплате в

бюджет.

Анализ банковских выписок ООО «Интеграция» и спорных контрагентов таких как

ООО «Персонал Плюс», ООО «Фул Тайм», ООО «Вега», ИП Гришин СВ. показал

перечисление денежных средств в адрес физических лиц с назначением платежа «моб.

приложение «мой налог» (том 23 л.д. 7 DVD-диск, том 35 л.д. 117 DVD-диск).

Следовательно, ООО «Интеграция», являлось налоговым агентом по НДФЛ в

отношении выплат в пользу физических лиц (выплаты фактически осуществляли спорные

контрагенты, действующие в интересах проверяемого налогоплательщика) не удержало

НДФЛ с выплат в адрес физических лиц с назначением платежа «Перечисление

заработной платы».

Анализ перечислений с расчетных счетов ООО «Интеграция» показал, что

денежные средства перечисляются в адрес физических лиц с назначением платежа

«заработная плата», «перечисление денежных средств по реестрам выдачи заработной

платы», «снятие наличных денежных средств».

В ходе мероприятий налогового контроля заказчики представили документы и

информацию о реальных исполнителях спорных работ, услуг, согласно которым в

основном услуги оказаны физическими лицами, не состоявшими ни в штате Заявителя, ни

в штате сомнительных контрагентов.

Например, ООО «Вкусвилл» представило список сотрудников (из 58 человек)

оказывающих услуги на объекте заказчика (том 20 л.д. 56-150, том 21 л.д. 1-150, том 22

л.д. 1-150), из которого установлено следующее:

-8 человек являлись получателями доходов в ООО «Интеграция»;

-2 человека являлись получателями доходов (самозанятыми) в организациях,

подконтрольной ООО «Интеграция»;

-48 человек не представляется возможным идентифицировать в связи с тем, что в

представленных списках указаны только Ф.И.О. лиц без каких-либо иных персональных

данных; вместе с тем, указанные лица не являлись сотрудниками ООО «Интеграция» и не

являлись сотрудниками сомнительных контрагентов.

При этом, сумма облагаемого дохода согласно реестру справок по форме 2-НДФЛ,

представленных спорными контрагентами, значительно меньше суммы денежных средств,

перечисленных в адрес физических лиц с расчетных счетов спорных контрагентов, в

результате чего установлено превышение перечислений по банковской выписке по

19

отношению к начисленной заработной платы, в связи с чем доначислены НДФЛ и

страховые взносы.

В ходе допросов физические лица «самозанятые» подтвердили выполнение работ

на объектах заказчиков.

Так, из объяснений Федоренко А.А. (том 19 л.д. 51-54) следует, что с ноября 2020

по 2021 он работал в ООО «Интеграция». Его рабочее место находилось на складах «Вкус

Вил», «Сбер Логистик» и «Домодедово 2020». С декабря 2021 он стал «самозанятым», но

должностные обязанности остались прежними.

Из объяснений Крылова А.В. (том 18 л.д. 27-28) следует, что он в период с февраля

по май 2021 работал в ООО «Интеграция» в должности кладовщика на складе

СберЛогистика в г. Екатеринбург. Оформлен как «самозанятый». За одну смену получал

1500 руб. Заработную плату получал на карту «Сбербанк». Так же он завил, что записи его

работы в ООО «Интеграция» в его трудовой книжке отсутствуют. С января 2022 по

декабрь 2022 он работал в компании ООО «Ресурс-Групп».

Из объяснений Сергеевой Н.А. (том 23 л.д. 133-137) следует, что она в период с

октября 2019 по январь 2020 работала в качестве «самозанятого» в должности менеджера

по побору персонала. Заработную плату она получала как «самозанятый». В дальнейшем

ей предложили перейти в штат ООО «Интеграция», она согласилась, но в течение месяца

уволилась из организации.

Из объяснений Тыщенко П.А. (том 19 л.д. 33-36) следует, что он работал в

организации ООО «Интеграция» с декабря 2021 по декабрь 2022 в должности

комплектовщика на складе. Работу он нашел на «Авито». Так же он являлся

«самозанятым».

Фактически между Обществом и физическими лицами имели место трудовые

правоотношения. Денежные средства, перечисленные в адрес физических лиц в

проверяемом периоде признаны налоговым органом скрытой формой оплаты труда

указанным лицам, с которой Общество как страхователь не исчислило и не уплатило

страховые взносы, а как налоговый агент - не исчислило, не удержало и не перечислило в

установленный законодательством срок НДФЛ.

Согласно статье 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ)

трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании

трудового договора, заключаемого в соответствии со статьями 57 - 62 ТК РФ.

Не оформление работодателем или его уполномоченным представителем,

фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в

установленный ст. 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой

договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя

правом на заключение трудового договора (ст. 22 ТК РФ).

Принимая во внимание, что ст. 15 ТК РФ не допускает заключение гражданско-

правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе

признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными

гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет

установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих

случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими

со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных

гражданско-правовым договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 ТК РФ).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской

Федерации, изложенной в п. 2.2 определения от 19.05.2009 № 597-0-0, в целях

предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения

гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой

договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися

отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в

ч. 4 ст. 11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых

20

отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового

характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового

законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Исходя из совокупного толкования норм трудового законодательства следует, что к

характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и

обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее

обусловленную трудовую функцию; возмездный характер (оплата за труд) (Определение

Верховного Суда Российской Федерации от 24.01.2014 № 18-КГ13-145).

Согласно письму ФНС России от 16.09.2021 №АБ-4-20/13183 характерными

признаками применения схем уклонения от налогообложения, с привлечением к

выполнению работ граждан, зарегистрированных в качестве плательщиков налога на

профессиональный доход (далее - НПД) в целях подмены трудовых отношений

договорами оказания услуг и соответственно незаконной оптимизации страховых взносов

и налога на доходы физических лиц являются:

- организационная зависимость «плательщика НПД» от своего «Заказчика», то есть

регистрация физического лица в качестве плательщика НПД - обязательное условие

«Заказчика»; «Заказчик» распределяет «плательщиков НПД» по объектам, исходя из

производственной необходимости; «Заказчик» определяет режим работы, в том числе

продолжительность рабочего дня (смены), время отдыха; работник «Заказчика»

непосредственно руководит и контролирует работу на объекте (администраторы

объектов);

- инфраструктурная зависимость, то есть «плательщик НПД» выполняет работу

полностью материалами, инструментами и оборудованием «Заказчика»;

- порядок оплаты услуг и учет оказываемых услуг аналогичен порядку,

установленному ТК РФ.

Следовательно, указанные признаки характеризуют «самозанятого» как лицо,

фактически лишенное предпринимательской самостоятельности в ведении своей

деятельности.

Инспекцией проведены допросы физических лиц, которые пояснили, что в

проверяемом периоде работали на объектах заказчиков в интересах заявителя. Показания

свидетелей по обстоятельствам выплаты заработной платы и периода их работы не

соответствуют данным, представленным Обществом в части исчислений перечисления

НДФЛ и страховых взносов в бюджет и внебюджетные фонды. Установлено, что

свидетели работали без официального трудоустройства.

Таким образом, в ходе проведения выездной налоговой проверки установлены

факты использования труда наемных работников без оформления трудовых отношений,

что свидетельствуют о создании налогоплательщиком схемы получения необоснованной

налоговой выгоды, ухода от налогообложения путем минимизации отчислений во

внебюджетные фонды Российской Федерации.

Доказательств, опровергающих данные выводы налогового органа со стороны

Общества ни в ходе проведения проверки, ни в ходе досудебного обжалования решения

Инспекции, Обществом не представлено.

Довод подателя о неправомерном возложении на Общество обязанности по уплате

начисленного по итогам проверки НДФЛ и страховых взносов не принимается судом.

В соответствии с положениями статьи 207 НК РФ налогоплательщиками по НДФЛ

являются физические лица - налоговые резиденты Российской Федерации, а также

физические лица, получающие доход от источников в Российской Федерации, и не

являющиеся резидентами Российской Федерации.

Пунктами 1 и 6 статьи 226 НК РФ предусмотрено, что российские организации,

индивидуальные предприниматели, от которых или в результате отношений с которыми

налогоплательщик получил доходы, признаются налоговыми агентами по НДФЛ, что

возлагает на них обязанность по исчислению, удержанию и перечислению в бюджет сумм

21

этого налога с выплачиваемого налогоплательщикам дохода не позднее дня, следующего

за днем его выплаты.

На основании пункта 4 статьи 226 НК РФ налоговые агенты обязаны удержать

начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их

фактической выплате. С 1 января 2020 года в Налоговом кодексе Российской Федерации

закреплено положение, согласно которому в случае неправомерного неудержания

(неполного удержания) налога налоговым агентом доначисление (взыскание) налога

производится налоговым органом по итогам налоговой проверки за счет собственных

средств налогового агента (пункт 9 статьи 226 НК РФ в редакции Федерального закона от

29.09.2019 N 325-ФЗ).

В связи с утратой силы с 1 января 2023 года пункта 9 статьи 226 НК РФ в данную

статью Федеральным законом от 28.12.2022 N 565-ФЗ введен пункт 10, согласно которому

в случае выявления по результатам проведенной налоговым органом налоговой проверки

факта неправомерного неудержания налоговым агентом сумм налога указанные суммы

налога подлежат доначислению налоговому агенту.

Судебная практика Верховного Суда Российской Федерации последовательно

исходит из того, что законность оспариваемых решений, действий (бездействия)

налогового органа нельзя рассматривать лишь как формальное соответствие требованиям

правовых норм. В свою очередь нормы законодательства о налогах и сборах, как это

следует из ряда решений Конституционного Суда Российской Федерации, должны

отвечать конституционным критериям правомерного налогообложения, налоговые

обязательства производны от экономической деятельности, а налоги установлены в их

общей системе сообразно их существу, имея в виду экономическую обоснованность.

Таким образом, конституционные принципы налогообложения требуют учета

фактической способности плательщика к уплате публично-правовых обязательных

платежей в определенном законодателем размере, что обеспечивается путем обложения

именно экономической выгоды плательщика, полученной в ходе ведения хозяйственной

деятельности, его реального (чистого) дохода (постановления Конституционного Суда

Российской Федерации от 22.06.2009 N 10-П, от 24.03.2017 N 9-П, от 14.02.2024 N 6-П и

др.).

Таким образом, в условиях действующего правового регулирования при взимании

налога на доходы физических лиц налоговый агент, не исполнивший свою обязанность по

исчислению, удержанию и перечислению налога в бюджет, оплачивает данный налог за

счет собственных средств. Возложение такой обязанности на налогового агента следует

рассматривать в качестве правовосстановительной меры, обеспечивающей исполнение

обязанности по восполнению недоимки в бюджет вследствие допущенных налоговым

агентом неправомерных действий (определение Судебной коллегии по экономическим

спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2025 N 309-ЭС24-20306).

Затраты в виде денежных средств, перечисленных «техническим» организациям и

иным лицам, действующим вне рамок законного хозяйственного оборота, в том числе не

уплачивающим налоги при совершении операций, не могут рассматриваться как расходы,

необходимые для ведения деятельности.

Издержки на привлечение таких лиц по смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 541 и

пункта 1 статьи 252 НК РФ не являются экономически оправданными затратами,

учитываемыми при определении налоговой базы (прибыли) организации, даже если

налогоплательщик счел их привлечение целесообразным и эффективным для получения

дохода.

Иное нарушало бы интересы государства, связанные с противодействием

налоговым злоупотреблениям, и создавало бы неправильные финансовые стимулы

поведения участников оборота, поскольку налогоплательщики, ведущие деятельность с

привлечением «теневого сектора» экономики, получали бы неоправданные преимущества

в сравнении с иными налогоплательщиками, ведущими свою деятельность

22

добропорядочно (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного

Суда Российской Федерации от 31.03.2026 N 307-ЭС25-11805).

Общество в заявлении указывает на нарушения, допущенные Инспекцией при

вынесении обжалуемого решения, а именно на представление документов разрознено,

частично на бумажном носителе и частично в электронном виде; списки с работниками

представлены налогоплательщику вместе с обжалуемом решением; акт налоговый

проверки не соответствует требованиям к его составлению, отсутствуют доводы и

документы, обосновывающие сумму доначисленных налогов.

В соответствии с п. 3.1 ст. 100 НК РФ к акту налоговой проверки прилагаются

документы, подтверждающие факты нарушений законодательства о налогах и сборах,

выявленные в ходе проверки. При этом документы, полученные от лица, в отношении

которого проводилась проверка, к акту проверки не прилагаются. Документы,

содержащие не подлежащие разглашению налоговым органом сведения, составляющие

банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну третьих лиц, а также

персональные данные физических лиц, прилагаются в виде заверенных налоговым

органом выписок.

На основании п. 1 ст. 102 НК РФ налоговую тайну составляют любые полученные

налоговым органом, органами внутренних дел, следственными органами, органом

государственного внебюджетного фонда и таможенным органом сведения о

налогоплательщике, за исключением сведений, являющихся общедоступными, в том

числе ставших таковыми с согласия их обладателя - налогоплательщика.

Акт налоговой проверки от 28.02.2024 № 31/08 (том 12 л.д. 1-150, том 13 л.д. 1-150,

том 14 л.д. 1-10) был направлен вместе с документами, подтверждающими нарушения,

описанные в данном акте (приложения), в адрес Общества по ТКС. Данные документы

были получены налогоплательщиком.

Повторно документы, подтверждающие нарушения, записанные на CD-диске, были

направлены в адрес Общества по почте России с сопроводительным письмом от

11.03.2024 № 31-27/009771@ (ШПИ 80097694344165) (том 16 л.д. 44). Также с данными

документами Общество было ознакомлено Протоколы ознакомления от 07.05.2024 б/н, от

14.05.2024 б/н, от 31.12.2024 №31/28/ознЗ (том 16 л.д. 3-10).

В акте налоговой проверки, в дополнение к акту налоговой проверки, в

обжалуемом Решении Инспекцией №7728 подробно изложены обстоятельства

допущенных нарушений налогового законодательства, а также приведено содержание

документов, полученных налоговым органом в ходе проверки (отражены сведения о

мероприятиях налогового контроля и их результаты, наименования банков,

представляющих выписку, а также анализ банковских выписок по расчетным счетам

контрагентов (том 23 л.д. 7 DVD-диск, том 35 л.д. 117 DVD-диск), показатели налоговой

отчетности, книг покупок, книг продаж, сведения о справках 2-НДФЛ), все сведения,

имеющие значение для описания выявленных нарушений, отражены в акте налоговой

проверки.

При этом акт налоговой проверки содержит обстоятельства установленных

нарушений со ссылками на документы, подтверждающие установленные нарушения.

Представление приложений к акту в электронном виде и на бумажном носителе не

является препятствием в реализации права налогоплательщика на представление

возражений по доводам Инспекции.

Более того, 24.09.2024, 18.10.2024, 18.11.2024, 18.12.2024, 20.01.2025, 24.01.2025

заявитель реализовал право, предусмотренное п. 6 ст. 100, п. 6.2 ст. 101 НК РФ, на

представление письменных возражений на акт и дополнение к нему (том 15 л.д. 131-149).

Как установлено судом, рассмотрение материалов выездной налоговой проверки,

письменных возражений Общества состоялось в присутствии заявителя.

23

В оспариваемом решении отражены доводы, изложенные заявителем в

возражениях на акт, им дана соответствующая оценка с обоснованием позиции налогового

органа.

При этом само по себе несогласие Общества с позицией Инспекции не является

основанием для отмены оспариваемого решения.

Общество указывает на то, что расчет доначисленных сумм НДФЛ и страховых

взносов в разрезе физических лиц представлен налогоплательщику с обжалуемым

решением, что лишило налогоплательщика возможности представить возражения по

данным обстоятельствам.

Вместе с тем, Обществом было реализовано право на досудебное обжалование

решения Инспекции в вышестоящий налоговый орган. В апелляционной жалобе на

решение Общество ссылалось на полученную им информацию и приводило

соответствующие доводы.

Кроме того, данный довод не свидетельствует о существенных нарушениях со

стороны налогового органа, поскольку с актом налоговой проверки налогоплательщику

представлен расчет доначисленных сумм НДФЛ и страховых взносов, произведенный

Инспекцией на основании справок 2-НДФЛ и выплат заработной платы по банку, который

по доначисленным суммам больше, чем расчет в разрезе физических лиц, произведенный

в обжалуемом решении с учетом доводов Общества, приведенных в письменных

возражениях в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки.

В доводах Общества отсутствуют какие-либо основания для признания факта

нарушения прав и законных интересов налогоплательщика, влекущего безусловную

отмену оспариваемого решения.

Положениями п. 2 ст. 31, п. 6 ст. 101 Кодекса должностным лицам налоговых

органов предоставлено право самостоятельно определять конкретные формы и методы

налогового контроля, объем контрольных мероприятий в рамках налоговой проверки и

дополнительных мероприятий налогового контроля. Кодекс не предусматривает перечень

мероприятий налогового контроля, обязательный к проведению.

Суд также отмечает, что несогласие Общества с конкретными мероприятиями

налогового контроля, равно как и указание на проведение неполного комплекса

мероприятий налогового контроля не могут являться основанием для признания

оспариваемого решения незаконным.

Факт участия спорных контрагентов ООО «Стафф Менеджмент групп», ООО

«Триумф» в судебных разбирательствах не является доказательством реальности оказания

услуг последними и добросовестного их поведения, поскольку не опровергают

фактических обстоятельств, установленных в ходе выездной налоговой проверки,

свидетельствующих об участии взаимосвязанных компаний в схемных операциях,

направленных на минимизацию налоговых обязательств.

Более того, по вопросу о значении обстоятельств, установленных судами в ходе

рассмотрения гражданских дел для целей рассмотрения судом иного налогового дела

сложилась практика на уровне Верховного Суда РФ.

В Определении от 05.04.2024 N 306-ЭС23-24623 по делу N А12-19911/22

Верховный Суд РФ указал нижеследующее.

На основании пунктов 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса каждое лицо должно

уплачивать законно установленные налоги и сборы. Законодательство о налогах и сборах

основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. Налоги и сборы

должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными.

Конституционный Суд Российской Федерации при оценке соответствующих

положений Налогового кодекса неоднократно отмечал в своих решениях, что

законодательная дискреция в области налогообложения обусловлена его связью с

экономически значимой деятельностью налогоплательщика, а потому и нормы налогового

законодательства, определяя основания, порядок и условия налоговых изъятий в бюджет,

24

находятся в объективной взаимосвязи с нормами гражданского законодательства, которое

также составляет предмет ведения Российской Федерации (постановления от 14.07.2003,

от 01.07.2015 N 19-П, от 21.12.2018 N 47-П и др.).

При этом оценка правомерности действий налогоплательщика предполагает оценку

заключенных им сделок, которые должны не только формально соответствовать

законодательству, но и быть реальными, и не вступать в противоречие с общим запретом

недобросовестного осуществления налогоплательщиком своих прав.

Данный вывод следует из положений пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса,

согласно которому не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и

(или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах

хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения,

подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой

отчетности налогоплательщика.

Как указано в пунктах 3 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами

обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", налоговая выгода

может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей

налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным

экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными

экономическими или иными причинами (целями делового характера). Если суд на

основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком

доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения

учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд

определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного

экономического содержания соответствующей операции.

Аналогичные по сути разъяснения относительно оценки налоговых последствий

финансово-хозяйственных операций даны в пункте 77 постановления Пленума

Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами

некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской

Федерации".

С учетом изложенного Верховный Суд РФ Определении от 05.04.2024 N 306-ЭС23-

24623 по делу N А12-19911/22 признал ошибочным вывод суда кассационной инстанции о

том, что результат рассмотрения гражданско-правового спора сам по себе, без

исследования и оценки доказательств в рамках налогового спора, имеет преюдициальное

значение при разрешении вопроса о фактах, связанных с оценкой действий

налогоплательщика при уплате налогов. Вопреки выводу суда округа решение по

гражданско-правовому спору имеет иной предмет, основание иска, и не учитывает

налоговые последствия финансово-хозяйственных операций применительно к

требованиям налогового законодательства.

Таким образом, доводы Заявителя со ссылкой на судебный акт по гражданскому

делу отклоняются как не имеющие значения для рассмотрения настоящего дела.

Факт наличия сведений об участии спорного контрагента в иных сделках с иными

лицами не свидетельствует о необоснованности выводов налогового органа. Реальность

одних сделок не может подтверждать реальность других (Постановления Арбитражного

суда Поволжского округа от 02.09.2022 № Ф06-22008/2022 по делу № А55-26806/2021, от

11.08.2023 № Ф06-29/2023, от 11.08.2023 № Ф06-29/2023 по делу № А65-17873/2022).

Кроме того, Общество в заявлении также указывает на то, что Инспекцией не

учтены смягчающие обстоятельства, такие как отсутствие умысла совершения налогового

правонарушения; ООО «Интеграция» впервые привлекается к ответственности за

налоговое правонарушение; тяжелое финансовое положение (наличие кредитов, оплата

доначисленных сумм приведет к банкротству и потери рабочих мест).

25

При этом, как установлено судом, при вынесении решения налоговым органом

учтено смягчающие вину обстоятельства (введение иностранными государствами

экономических санкций в отношении РФ, российских юридических лиц, граждан РФ), на

основании чего сумма штрафных санкций уменьшена в два раза.

В соответствии с п. 1 ст. 112 Кодекса обстоятельствам, смягчающими

ответственность за совершение налогового правонарушения, признаются: совершение

правонарушения вследствие стечения тяжелых личных или семейных обстоятельств;

совершение правонарушения под влиянием угрозы или принуждения либо в силу

материальной, служебной или иной зависимости; тяжелое материальное положение

физического лица, привлекаемого к ответственности за совершение налогового

правонарушения; иные обстоятельства, которые судом или налоговым органом,

рассматривающим дело, могут быть признаны смягчающими ответственность.

При этом в силу положений Кодекса налоговый орган дает самостоятельную

оценку таким обстоятельствам с точки зрения их влияния на совершенное

налогоплательщиком правонарушение и делает вывод о необходимости их принятия при

наложении санкций за совершенное налогоплательщиком налоговое правонарушение.

При этом уменьшение размера штрафных санкций по основаниям,

предусмотренным п. 3 ст. 114 Кодекса, не ставится в зависимость только лишь от

волеизъявления налогоплательщика на такое уменьшение.

По смыслу ст. 112, 114 Кодекса смягчающее налоговую ответственность

обстоятельство находится в причинно-следственной связи с самим правонарушением, то

есть для признания любого фактического обстоятельства смягчающим необходимо

указать, каким образом оно отразилось на объективной или субъективной стороне

противоправного деяния.

В соответствии с положениями ст. 106 Кодекса налоговым правонарушением

признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о

налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, плательщика

страховых взносов, налогового агента и иных лиц, за которое Кодексом установлена

ответственность.

Согласно положениям ст. 110 Кодекса виновным в совершении налогового

правонарушения признается лицо, совершившее противоправное деяние умышленно или

по неосторожности.

Добросовестное исполнение налогоплательщиком своих обязанностей не могут

быть признаны в качестве обстоятельств, смягчающих ответственность за налоговое

правонарушение, поскольку исполнение соответствующей обязанности является нормой

поведения налогоплательщика, обязанность по своевременной уплате налогов

установлена ст. 57 Конституции Российской Федерации и нормами Кодекса.

Совершение налогового правонарушения впервые, не признается смягчающим

ответственность обстоятельством, поскольку п. 2 ст. 112 Кодекса установлено, что

совершение налогового правонарушения лицом, ранее привлекаемым к ответственности

за аналогичное правонарушение, признается обстоятельством, отягчающим

ответственность.

Довод заявителя о совершении налогового правонарушения неумышленно прямо

противоречит материалам проверки и установленным обстоятельствам.

Довод заявителя о том, что Общество находится в тяжелом финансовом положении

не может служить основанием для снижения размера штрафа, так как Общество

занимается коммерческой деятельностью, осуществляет предпринимательскую

деятельность, которая в силу п. 1 ст. 2 ГК РФ является самостоятельной, осуществляемой

на свой риск деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли.

Необходимо учитывать, что привлечение к налоговой ответственности в виде

штрафа направлено, прежде всего, на обеспечение эффективной превенции

правонарушений.

26

Приводя перечень обстоятельств, которые, по мнению налогоплательщика,

являются смягчающими ответственность за совершение налогового правонарушения,

Общество не указывает, каким образом данные обстоятельства повлияли на факт

совершенного правонарушения, изложенного в материалах выездной налоговой проверки.

В рассматриваемой ситуации снижение штрафа может привести к нарушению

требований справедливости наказания, вследствие чего юридическая ответственность

утрачивает присущие ей функции пресечения и предупреждения правонарушений.

Следовательно, Инспекция обоснованно привлекла Общество к ответственности в

соответствии с п. 3 ст. 122 НК РФ с учетом смягчающего обстоятельства, сумма штрафа

уменьшена Инспекцией в два раза, основания применения судом иных оснований для

снижения размера налоговых санкций, отсутствуют.

Общество указывает, что уплата обязательных платежей, участие в судебных

делах, наличие штата сотрудников, наличие уставного капитала и фактов регистрации в

ЕГРЮЛ и т.д. спорными контрагентами свидетельствует о реальности осуществления

сделок.

При этом, Обществом не приведены какие-либо конкретные доводы,

свидетельствующие о необоснованности позиции налогового органа, поскольку в

заявлении по спорным контрагентам перечислена общая унифицированная информация

без какого-либо описания фактов действительности оказания услуг данными

организациями.

Следует также отметить, что вышеуказанные обстоятельства не подтверждают

факта осуществления деятельности, направленной на добросовестное исполнение

обязанностей, возложенных на юридических лиц, а исполнение обязанностей,

предусмотренных НК РФ и иными нормативными актами, является нормой поведения

налогоплательщиков в налоговых правоотношениях и также не может свидетельствовать

о надлежащем исполнении гражданско-правовых отношений.

Относительно участия в судебных делах следует отметить, что данный факт не

может рассматриваться как доказательство реальности сделок и добросовестного

поведения сомнительных организаций, поскольку не опровергает фактических

обстоятельств, установленных в ходе выездной налоговой проверки, свидетельствующих

об участии взаимосвязанных компаний в схемных операциях, направленных на

минимизацию налоговых обязательств.

В отношении довода заявителя о том, что при постановке выводов об отнесении

спорных контрагентов к категории «технических» Инспекцией не учтены такие

обстоятельства как наличие у ряда организаций расходных операций, связанных с

выплатой заработной платы и других платежей, суд поясняет, что наличие у спорных

контрагентов признаков организаций, оказывающих услуги в сфере незаконного

финансового посредничества, не исключает совершения ими операций, направленных на

создание видимости реальной хозяйственной деятельности.

Указанные Обществом факты носят единичный характер и не опровергают выводы

Инспекции, сделанные по итогам оценки совокупности полученных доказательств.

По доводам Общества о непредставлении налоговым органом доказательств,

свидетельствующих о нарушении Обществом положений ст. 54.1 Кодекса по

взаимоотношениям со спорными контрагентами, следует также отметить, что Обществом

не приведены ссылки на документы, опровергающие обстоятельства, установленные в

ходе выездной налоговой проверки, и не представлены документы, с достоверностью

подтверждающие исполнение сделок спорными контрагентами.

Исходя из фактических обстоятельств, выявленных в ходе выездной налоговой

проверки, вывод налогового органа о том, что реальность хозяйственных операций с

заявленными контрагентами не подтверждена, является обоснованным.

Приведенные доводы о реальности спорных сделок и их выполнении заявленными

исполнителями опровергаются совокупностью полученных налоговым органом

27

доказательств. Каких-либо документов (информации), опровергающих позицию

налогового органа, заявителем не представлено.

Общество указывает, что само по себе совпадение IP-адреса не может достоверно и

безусловно свидетельствовать о подконтрольности и согласованности действий

налогоплательщика и его контрагентов.

IP-адрес определяется как уникальный идентификационный номер компьютера,

подключенного к какой-либо локальной сети или интернету, представленный четырьмя

десятичными числами. IP-адрес всегда состоит из двух частей: номера сети (первые три

цифры) и номер хоста (устройства). Все устройства, у которых совпадают первые три

цифры IP-адреса, находятся в одной сети.

Таким образом, идентичность IP-адресов означает, что фактически доступ к

системе «Банк-Клиент» осуществлялся от имени разных юридических лиц с одного

компьютера, что невозможно при отсутствии взаимозависимости и подконтрольности.

При этом, следует отметить, что совпадение IP-адресов налоговым органом

расценивается как одно из доказательств, свидетельствующих о согласованности действий

участников хозяйственной деятельности. Данное обстоятельство является одним из

доказательств наличия взаимоотношений между налогоплательщиком и иными лицами

хозяйственных отношений, а также согласованности их действий.

Аналогичные обстоятельства подтверждаются многочисленной судебной

практикой, в том числе выводами, изложенными в постановлениях Арбитражного суда

Западно-Сибирского округа от 25.01.2023 по делу № А45-17323/2021, Второго

арбитражного апелляционного суда от 29.11.2022 по делу № А28-2249/2021 (оставленным

без изменения Постановлением АС Волго-Вятского округа от 24.04.2023), Пятнадцатого

арбитражного апелляционного суда от 17.07.2023 № 15АП-9569/2023 по делу № А53-

23961/2022, Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023 № 11АП-

10568/2023 по делу № А55-25672/2022.

Суд не принимает, как необоснованный, довод Общества о том, что реальность

операции подтверждается адвокатскими опросами, поскольку в силу положений ст. 64, 68,

75 и 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации протокол опроса,

проведенного адвокатом в соответствии с Законом "Об адвокатской деятельности и

адвокатуре в Российской Федерации" N 63-ФЗ от 31.05.2002" не может быть признан

допустимым доказательством при рассмотрении дела арбитражным судом и установлении

обстоятельств, которые могут быть подтверждены определенными доказательствами,

ввиду отсутствия в арбитражном процессуальном законодательстве такого средства

доказывания, как составленные адвокатом письменные пояснения свидетеля.

Кроме того, адвокат вправе опрашивать с их согласия лиц, предположительно

владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает

юридическую помощь (пп. 2 п. 3 ст. 6 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в

Российской Федерации" N 63-ФЗ от 31.05.2002), но полномочиями на предупреждение об

ответственности, в том числе, уголовной, за дачу ложных показаний, адвокаты не

наделены.

Таким образом, отсутствует какая-либо ответственность за представление в данных

опросах недостоверных сведений опрошенными лицами.

Таким образом, опросы адвоката не являются доказательством по делу, что

подтверждается судебной практикой по данному эпизоду: Постановлениями Девятого

арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024 по делу N А40-121508/23, от 05.02.2024

по делу N А40-131283/23, от 04.04.2023 по делу N А40-75971/21, от 24.11.2023 N А40-

269273/22.

В отношении доводов заявителя о том, что выводы Инспекции являются

основанием выгрузки "сведений (информации)", содержащихся в информационных

ресурсах АИС "Налог-3", суд отмечает следующее.

28

Программный комплекс АИС "Налог-3", в том числе ПК АСК НДС-2 представляет

собой единую информационную систему ФНС России, обеспечивающую автоматизацию

деятельности Федеральной налоговой службы по всем выполняемым функциям,

определенным Положением о Федеральной налоговой службе, утвержденным

Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 N 506.

В соответствии с подпунктом "а" пункта 7 указанного приказа АИС "Налог-3"

обеспечивает автоматизацию деятельности ФНС России по сбору, систематизации,

обработке, хранению данных и предоставлению информации, по внешнему

взаимодействию с налогоплательщиками физическими и юридическими лицами (в

соответствии с Кодексом и действующими соглашениями).

Согласно приказу ФНС России от 10.02.2017 N ММВ-7-15/176@ ПК АСК НДС-2

является аналитическим инструментом, с помощью которого осуществляется

сопоставление сведений об операциях контрагентов, подлежащих отражению в разделах 8

и 9 налоговых деклараций по НДС, представленных в налоговый орган.

Таким образом, Инспекция вправе использовать данные из АИС "Налог-3" при

проведении мероприятий налогового контроля и формировании соответствующих

выводов.

При этом указанные сведения использованы Инспекцией при формировании

выводов в совокупности с иными доказательствами, полученными в ходе выездной

налоговой проверки.

Суд указывает, что доказательства налогового органа, полученные, помимо иных в

установленном положениями главы 14 НК РФ порядке доказательств, путем

использования АИС "Налог-3", ПК АСК НДС-2, также могут быть учтены налоговым

органом наряду с иными имеющимися доказательствами, поскольку данные

информационные базы представляют собой единую информационную систему

Федеральной налоговой службы, обеспечивающую автоматизацию деятельности

налоговых органов по всем выполняемым функциям, определенным Положением о

Федеральной налоговой службе, утвержденным постановлением Правительства

Российской Федерации от 30.09.2004 N 506.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Западно-

Сибирского округа от 25.01.2023 по делу N А45-17323/2021.

Следовательно, доводы Общества сводятся к оспариванию отдельных выводов

Инспекции или результатов проведенных мероприятий налогового контроля, при этом

доказательств исполнения вышеуказанными организациями спорных операций

Обществом не представлено.

Согласно ч. 3 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый

ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных

органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц

соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и

законные интересы заявителя, принимает решение об отказе в удовлетворении

заявленного требования.

Судом проверены все доводы заявителя, однако они отклонены как

необоснованные, поскольку они не опровергают установленные судом обстоятельства и

не могут являться основанием для удовлетворения требований.

При изложенных обстоятельствах арбитражный суд приходит к выводу, что

заявленные требования не обоснованы и удовлетворению не подлежат.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя

исходя из положений ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176, 201 Арбитражного процессуального

кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

29

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований ООО "ИНТЕГРАЦИЯ",- отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Девятый

арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд города Москвы в течение

одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме.

Судья: З.Ф. Зайнуллина

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП: Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 05.08.2025 5:27:59

Кому выдана ЗАЙНУЛЛИНА ЗУЛЬФИЯ

ФАЗРАХМАНОВНА